Ричбич

Под общий шумок партнер, понимая, что нам некогда будет гоняться за ним, перетянул всех клиентов в свою новую фирму.

Мой «Ягуар» ушел за бесценок месяц назад. И теперь каждый день я держусь за облезлые поручни рейсового автобуса, где пахнет вовсе не шиком. И мой мнимый престиж остался во вчерашнем дне.

Я жалею лишь об одном: нужно было все это продать раньше.

«В Сормовском районе загорелся автобус с пассажирами. В 07:35…» – фонит маленький черно-белый телевизор на кухне.

Люблю эти истории про общественный транспорт.

Особенно, когда через пятнадцать минут самому трястись в одном из таких автобусов.

На столе передо мной стоит тарелка с фирменной яичницей от папы. Это три нерасплывшихся желтка, сыр и солидная горсть свежей зелени. Батя у меня все же молодец – держится стойко. Не привык демонстрировать свои проблемы и уж тем более вешать их на кого-либо.

Часто по ночам я слышу, как он воет от боли. В больницах обезболивающие препараты для онкобольных выдают, но нужно стоять в километровой очереди среди таких же отчаявшихся, чтобы услышать нудный голос врача, посылающего проклятия на тех, кто и так находится в аду при жизни.

Поняв, что по сути все эти препараты – наркота, я нашел своего дилера. Он подкидывает траву. Недешево. Вся моя зарплата уходит на нее, какую-то еду и проезд. Квартплату игнорирую – пухлая папка счетов пылится на комоде в прихожей.

Звонок. Неизвестный номер.

– Да, слушаю.

– Алексей Берг? – ровный доброжелательный голос прозвучал в трубке.

– Я.

– Очень хорошо.

Дмитрий Владимирович. Начальник городского военкомата.

– Очень приятно.

– Алексей, что же вы учебу оставили, а к нам не заходите?

– Так не зовете, – я подхватываю его шутливый тон.

– Мы вас очень ждем.

– Ну, прямо уж очень?

– Очень-очень, Алексей, – посмеивается Дмитрий Владимирович.

– Может, даже и за столом?

– За столом.

– Может, стол накрыт?

– Может и так.

– Водочки да закусочки?

– А то, – веселится военком.

– Тогда может не за вашим столом, а где-нибудь в другом месте?

– Алексей, не положено, – с нескрываемой досадой сообщает начальник.

– Тогда я пас. Дел сейчас столько, понимаете. Работаю в торговом центре два через два по двенадцать часов. А потом ночным сторожем. Когда же я к вам успею?

– Да, незадача. Надо как-то решать.

– Надо.

– Может, отгул возьмете?

– Зарплата и так маленькая.

– Зачем вам работать? Родители же есть.

– Дмитрий Владимирович, нужда заставляет. Давайте так.