Хранитель рода государева 5

 – Позволь мне остаться с внучкой наедине.

Попросив это, Шуйский поднялся и протянул руки. Я передал ему девочку, которая всё ещё никак не могла успокоиться и вышел из дома.

Впрочем, Сергей Васильевич тоже сделал это, оправившись вместе с Машей куда-то в сторону пруда.

Я слышал, как девочка что-то шепчет на ухо деду и от этих слов в его глазах снова начинает появляться жизнь, а уголки губ слегка расходятся по сторонам, в попытке улыбнуться.

– Что тут произошло? – окликнул меня Читер, подошедший вместе с Кристиной.

Объяснять я им ничего не стал, просто махнув в сторону дома рукой. А сам отправился в свою бывшую комнату. Мне сейчас, как никогда, нужна была Даша. И плевать, что там Манижа.

Возле дома стоял Буран, явно поджидающий именно меня. Но увидев моё лицо, он передумал подходить. Уж не знаю, что ему было нудно, но явно это может потерпеть.

К моему удивлению, Даша была в комнате одна.

– Манижа отправилась прогуляться. – нежно улыбнулась Даша, хлопая рукой по кровати рядом с собой.

Я молча сел, и она просто обняла меня. От одного этого мне стало невероятно спокойно.

– Мы обязательно справимся. Вот увидишь, Маша будет замечательной дочкой. А по поводу её способностей можешь не переживать. Скоро всё само разрешится.

Я повернулся к Даше, собираясь спросить, что всё это значит, но все вопросы вылетели из головы, когда её губы коснулись моих.

***

Проснулся я только на следующий день. Даша оказалась рядом, поэтому сразу можно сказать, что день удался.

Голова на удивление не была забита тяжёлыми думами. Которые, казалось бы, должны меня тревожить. Наоборот, сегодня мне всё виделось в совершенно ином свете. Словно за ночь, кто-то свернул мне шею и теперь я на всё смотрю под другим углом.

Даже смерть Полины Сергеевны, в которой вчера, как бы я ни старался, но всё же не мог не винить себя, сегодня не выглядела так ужасно. Ещё бы год, или чуть больше и её сознание полностью было уничтожено силой Маши. К тому же этот год нужно было ещё прожить.

Ведь она предала свою семью, позволила погибнуть многим людям, в том числе и собственной матери. Совершила поступок, который в их семье считался сильнейшим грехом.

Как там говорил Сергей Васильевич? Ничего не может быть важнее семьи? Да я уверен, что её бы не стали наказывать очень жёстко. Максимум ограничили бы передвижения и постоянно держали при себе в поместье.

Но в любом случае Шуйские не выдали бы Полину Сергеевну императору.