Хранитель рода государева 2

 – дед с какой-то нежностью, которую я видел в нём впервые за все свои семнадцать лет, погладил покатый бок покрытого листами грубой брони автомобиля, имевшего небольшую орудийную башенку, из которой торчало дуло какого-то оружия.

– В этой машине отец впервые рассказал мне о своём втором даре. Пробудившимся в нём примерно в твоём возрасте.

– Боевое предвиденье? – спросил я, уже зная ответ на свой вопрос.

– В случае с нашим родом, да. Именно боевое предвидение. – тяжело вздохнул дед. – Дар, который проявляет себя, лишь когда его носителю угрожает смертельная опасность.

– И поэтому мы так и не смогли понять, каким образом ты смог предупредить нас о Насте. – заговорил император. – Угроза была направлена не на тебя…Что ты вообще знаешь, о даре предвидения?

– Ничего. Впервые услышал о боевом предвидении в тот день, когда на нас напали Юсупов и компания. – ответил я.

– Не удивительно. Эта информация засекречена на самом высоком уровне. Поэтому ты должен понимать, что разговор, который сейчас состоится должен остаться между нами.

– Только применив эту технику, мы сможем раскрыть для тебя информацию. Выбор за тобой. – произнёс император.

Вот же они гады, дали мне иллюзию выбора, которого, по сути, просто не было. Естественно, я соглашусь, но постараюсь выжать из этой ситуации максимум.

– Если я соглашусь дать клятву, вы прекратите постоянно держать меня в неведении. Недоговаривать и скрывать от меня правду.

С каждым моим словом лицо деда мрачнело всё сильнее. А вот императору, похоже, было весело. Он расплывался в улыбке, наблюдая за тем, как хмурится дед.

– Извиняй Кирилл Васильевич, но я оказался прав. Не знаешь ты своего внука. Совершенно не знаешь.

– Узнаешь, тут, когда видишь его пару месяцев в году и то хрен поймаешь.

– А я вижу Сергея практически каждый день и смог неплохо разобраться в нём. Он очень ответственный и исполнительный молодой человек, знающий что такое честь и долг. Но он далеко не дурак и умеет находить выгоду в любой ситуации.

– Ушлый, как прадед Василий. Он был точно таким же. Никогда ничего не делал, если не видел в этом своей выгоды. Единственный раз был в тот день подо Львовом.