Девятый 3

То же самое происходит и у других внеранговых одарённых. Только у них этот процесс длится минимум лет пять, а я помогу императору справиться за несколько часов.

Как только энергия была утрамбована по максимуму, я закрыл все энергетические каналы императора. Вот тут и наступил момент чудовищной боли. Энергия не имела возможности свободно циркулировать в энергетической системе императора, как это должно быть. Она распирала его, пыталась разорвать каналы и вырваться на свободу. Но я позаботился о безопасности императора и укрепил все его каналы своей силой.

Сперва это происходило очень медленно, но постепенно энергия начала двигаться быстрее. Процесс был запущен, и теперь я мог с чистой совестью немного отдохнуть. К этому моменту император снова отключился.

– Когда он очнётся, то сможет вернуться к полноценной жизни, – произнёс я, садясь рядом с императором.

– Как тебе это удалось? – спросил Илья Валерьевич и я решил попробовать ему всё объяснить.

Работать с другим человеком оказалось в сотню раз сложнее, чем с самим собой. К тому же мне очень помогло поглощение ключа силы. Не знаю, есть что-то подобное у императора или у кого-нибудь из других перворанговых одарённых? Скорее всего – нет. Иначе людей перешагнувших за границы рангов было бы гораздо больше. Отложил этот вопрос и принялся рассказывать Илье Валерьевичу, что я сделал и как мне это удалось.

На удивление рассказ вышел очень длинным. Я опустил всю информацию об Океане Познания и то, что произошло со мной там. А вот всё остальное рассказал. В процессе рассказа всплывало множество информации, которую я сам не знал. Она просто появлялась у меня в голове. Но благодаря этой информации всё сказанное мной не выглядело бредом сумасшедшего.

– Сам не знаю, но в один момент я просто стал понимать, что необходимо сделать. И даже сейчас, когда я вам всё это рассказывал, то большая часть информации для меня самого стала откровением.

– Позволишь мне произвести диагностику? Есть одна догадка, которая требует подтверждения, – примерно через минуту спросил Павлов.

Я не видел в этом ничего плохого и дал своё согласие.

Виктор

Диагностика не заняла много времени, но лицо Ильи Валерьевича говорило, что он поражён.

– Ты сейчас действительно находишься на первом ранге.