Девятый 3

Создав слепок недостающего участка энергетического каркаса, я начал накачивать его силой, постепенно создавая все необходимые связи. Работать с плотью было в сотни раз легче, чем с энергетическими структурами и поэтому дело шло чертовски медленно.

Когда пришёл Илья Валерьевич, я только начал создавать проекцию повреждённого участка. Рассказывать целителю, что я делаю, не понадобилось. Наверняка он и сам пытался сделать всё то же самое. Но и стоять в стороне Павлов не стал. Он присоединился ко мне и начал помогать, делая самую тонкую работу.

Мы с Ильёй Валерьевичем даже не разговаривали, полностью сосредоточившись на восстановлении энергетической системы императора. Когда удалённый фрагмент был восстановлен, мы принялись за реанимирование остального каркаса. Как ни старался Павлов, но ему не удалось продержать его в идеальном состоянии столь долгий срок.

Думаю, ещё максимум месяц и император навсегда утратил бы свой дар.

Илья Валерьевич уже был полностью опустошён, а я продолжал работать, даже не ощущая усталости. Следом за энергетическим каркасом необходимо было очистить и энергетические каналы и только после этого, запускать всю систему. По сути, совсем плёвая задача. Вот только неизвестно было, как отреагирует вновь созданные нами связи.

Сам я не стал это делать и доверил всё Илье Валерьевичу.

– У меня совершенно нет опыта в подобных делах.

Илья Валерьевич к этому времени уже восстановился, поэтому тут же принялся за дело. Пока мы работали, император находился без сознания, но для того, чтобы запустить энергосистему, необходимо было привести его в чувства.

Единственное, на что сейчас был способен Всеволод I, это открыть глаза. Но ничего. Вот сейчас вернём императору возможность использовать дар, и я исцелю его и от этого недуга.

Павлову потребовалось минут десять, чтобы организм императора начал самостоятельно собирать мировую энергию. Это был первый признак того, что всё уже в норме. К тому же император сам продемонстрировал, что вновь может пользоваться даром.

Потолок, в том месте, куда смотрел император, просто исчез, осыпав нас строительной пылью. Я даже не успел удивиться, как потолок вернулся к своему первоначальному виду.