Ценник

И лишь благодаря Алексею, который был при обыске, не дошёл до глаза эксперта всего сантиметр.

Глаша села на восемнадцать лет. В её тридцать восемь это было концом всего. К Алексею вернулось всё, включая хорошую компенсацию: у Глаши просто забрали квартиру, которую она приобрела до замужества. Выписали оттуда мужа (к этому моменту уже официально бывшего и бегающего от властей с условным сроком за какую-то пьяную поножовщину – «муж и жена – одна…»), продали квартиру за хорошие деньги, которыми Алексей официальной бумагой «благодарности» поделился с банком, через который эту квартиру продавали.

Всё это происходило параллельно с романом с Катей и за несколько дней до захвата террористами рейса Симферополь—Москва.

Глава 6

Навыки Алексея

Алексей служил в армии всего три с половиной месяца. Полтора года специальной подготовки до службы сложились в сто два дня упорных тренировок по воскресеньям. Группа, с которой его готовили, как и сам Алексей, не знала, где это происходит. В Москве их забирал полностью закрытый фургон.

Ехали около двух часов.

В подготовку входило всё. Для спецназа. И зачем-то арабский язык. Это действительно было странно. Английский, французский, немецкий и испанский – это понятно. Стандартный набор. Уже начался 1989 год. Алексею было девятнадцать. Все знали про вывод войск из Афганистана. И по-прежнему не понимали, зачем учат экспресс-методом арабский язык.

…Он ушёл в армию с горным спецназом ГРУ в свои почти двадцать лет. Весной. В Афганистане был четыре раза по две недели.

Ещё несколько горячих точек, включая неоднократные спасения заложников. А потом, спасая свою группу в далёкой и братской нам стране, когда они все спускались с третьего этажа на тросах, пулемётчики, поливавшие их отовсюду, перебили трос. Алексей, как командир, шёл последним. И под бесконечными пулями он прыгнул в окно.

Третий этаж в домах той страны – это как наш пятый. Был бы этот дом в трущобах, подходил бы под наш второй этаж. Но это была гостиница. Крутая. Его тренировали для таких прыжков.

Здесь было почти пятнадцать метров. С десяти он прыгал не раз. Но тут его пятка разлетелась на три осколка в кости. Армия закончилась.

…«Соответственно, их осталось семнадцать. Мы не взлетаем. Они рискуют конкретно. Пилот плохой? Вряд ли».

За Алексеем был салон, над ним, на втором этаже, ещё один, и один салон впереди него, перед кабиной. «Кабина»… Лёша подходил к занавескам перед первым салоном. «Они все не поместятся в кабине».