Дневники Сузурри

Сестра стояла в дверях, нарядившись в какие-то старые драные джинсы и растянутую футболку. – Ты можешь наверх что-нибудь поприличней надеть? У тебя же была рубашка какая-то новая.

– Точно, – она метнулась обратно в спальню и уже оттуда продолжала: – Мужчине в нашем обществе можно быть не таким как все, это называется нонконформист или что-то такое. А если же женщина не будет вести себя, как подобает, то она определенно дура, а то и похуже. Женщине не положено противопоставлять себя обществу.

– Господи, кто тебе это все вбил в голову?

– Все братец, – она появилась в новенькой рубашке с коротким рукавом, – молчи, я все тебе сказала, а то передумаю с тобой ехать! – и ультимативно перечеркнула перед моим лицом невидимую линию рукой.

– Всегда ты споришь, а когда проигрываешь просто говоришь нет, – я принял полушутливый тон, стараясь не обидеть ненароком сестру, – ведь так? Признайся! Тебе просто не хочется быть не правой.

Она только вздохнула и пошла по направлению к двери:

– Я уже ухожу!

Пришлось поспешить следом и, по всем правилам приличия, открыть перед ней двери.

– Мой галантный кавалер, – улыбнулась Матильда, боком проскальзывая в проход. Почему она всегда так делала, ума не приложу. У нее как будто была задача, независимо от исходных данных протиснуться, если представится возможность. – Только поехали в наше кафе? Окэ?

– Как скажешь, малыш, наше так наше!

Глава 7

Сестра человек-привычка, только знакомые вещи ее не пугают. Уговорить Матильду посетить новое заведение задача трудная, практически невыполнимая.

Она, однажды случайно попав в какое-то место, больше не меняла его ни на что. Так было и с магазинами, и с кафе, и даже с кемпингами, куда я иногда затягивал их с мужем отдохнуть на выходные.

Мы сели в машину и неспешно двинулись. Зная, как Матильда боится скорости, я старался особо не гнать, хотя мне трудно было перестроиться после мотоцикла. Постепенно за окном маленькие частные домики начали меняться на многоэтажки, по обе стороны дороги все чаще попадались яркие вывески магазинов, зазывающие покупателей, а движение становилось все затруднительней.

Я тихонько ругался себе под нос на бесконечные заторы в нашем городе, а Мила пыталась успокоить. Она легонько ерошила волосы у меня на затылке и, улыбаясь, увещевала, что ничего ворчанием не изменить, поэтому не стоит нервничать. Ожидание, по ее мнению, хоть и долгое, но необходимое, и растрачивать свои эмоции на это нет смысла.