Мемуары леди Трент: Тайна Лабиринта

Мысль была превосходной, и я поблагодарила Натали. Так называемый «Летучий Университет», основанный в моей гостиной, разросся до целого множества собраний во множестве фальчестерских домов, однако моя библиотека все так же служила в сей паутине одним из важнейших узлов. Правда, мои книжные полки не могли удовлетворить всех возникавших запросов, и это натолкнуло меня на новую мысль.

– Вдобавок у меня здесь несколько книг, которые нужно вернуть владельцам. Одну, по-моему, Питеру Лансбери, а еще две или три – Джорджине Хант.

– Я их прихвачу, – согласилась Натали. – Тебе и без того забот хватает. Что это ты пишешь? Уж не письмо ли Джейку?

Так оно и было, хотя дальше даты и приветствия дело пока не продвинулось. Ну, как сообщить тринадцатилетнему сыну, что через неделю я уезжаю за границу, вернусь неизвестно когда, а его взять с собой не могу?

Натали знала Джейка не хуже меня.

– Не забудь проверить багаж до того, как корабль выйдет в море, – со смехом сказала она.

– Ахия – это пустыня, и, следовательно, не слишком ему интересна.

Однако Джейку все равно захотелось бы ехать со мной. Когда он был еще мал, я оставила его дома, отправившись в Эригу, а когда подрос, искупила вину, взяв его с собой в кругосветное плавание. Сей поступок заронил ему в голову кое-какие идеи. Любовью всей его жизни стало море, но, если брать шире, в голове у него намертво отпечаталось, что путешествовать в иные страны непременно должен каждый мальчишка, причем – регулярно.

Как ни странно, мысли о сыне тут же потянули за собой мысли о животных – не должны были, но тем не менее. В конце концов, Джейк был сыт, одет, обут, и в моей заботе не нуждался – в отличие от некоторых других живых существ.

– Хочешь взять к себе моих медоежек? Или лучше отдать их Мириам?

Натали скорчила гримасу.

– Как настоящей подруге, мне следовало бы сказать: да, я с радостью присмотрю за ними, но, если честно, я слишком часто засыпаю прямо в мастерской, чтоб брать на себя заботу о каких-либо живых существах. Жаль будет, если ты вернешься и обнаружишь, что твои зверушки мертвы.

– Значит, Мириам.