Мемуары леди Трент

Его Величество очень хотел бы иметь взрослых особей, развитых в полной мере, но содержать их в зверинце невозможно. Вы, несомненно, заметили решетки, отделяющие их друг от друга, а болотного змея, сверх того, приходится постоянно держать в наморднике. Этот экземпляр упорно испускает дуновения на всех вокруг, и, хотя две прочие особи переносят это легче, чем мы, люди, особой радости это не доставляет никому.

– Экстраординарное дуновение, – пробормотал мистер Кэмхерст, взглянув в сторону неподвижной зеленой туши.

Конечно же, я узнала слова из «Естественной истории драконов»! То был термин, введенный Эджуортом в обиход для описания шестого, окончательного видового признака «дракона настоящего». Все особи этого вида способны выдыхать с воздухом нечто еще, будь то легендарный огонь или что-либо другое.

Общая теория юных леди, бытовавшая в те времена, гласила, что любопытство привлекает молодых людей лучше, чем знания. Вооруженная этим сомнительным фактом, я рискнула задать вопрос, ответ на который и без того знала:

– Чем же он дышит?

К моему разочарованию, вместо мистера Кэмхерста ответил мистер Суорджин:

– Ядовитыми парами, мисс, – сказал он.

 – Весьма неприятными и вредными для легких. Перед кормежкой приходится опускать в те промежутки меж решеток дощатые щиты, чтобы хоть как-то уберечь двух прочих особей, когда с мулинца снимают намордник.

– Как мне представляется, альбиносу приходится особенно нелегко, – заметил мистер Кэмхерст.

– Удивительно, но нет, сэр. Пусть внешность не обманывает вас.

Для карлика и альбиноса эта особь весьма вынослива. Хуже всего приходится ахиатке. Хотя она – существо несколько пугливое и нервное…

«Она…» Мистер Суорджин впервые упомянул о половой принадлежности драконов. Оказывается, золотистый ахиатский дракон, вышагивавший по вольеру под моими ногами, – самка! Я поспешила отвести взгляд. К счастью мулинец лежал, свернувшись в клубок, и я не оконфузилась, устремив взгляд куда не следует.

Но тут я отметила некоторую странность.

Ахиатка была самкой, мулинец – самцом, но о выштранском драконе мистер Суорджин не сказал ничего определенного. Эту-то мысль я и высказала вслух, лишь после этого сообразив, что мой вопрос могут счесть непристойным:

– А какого пола тот альбинос?

– Никакого, мисс, – ответил мистер Суорджин. Мистер Кэмхерст вновь взглянул на меня. Оставалось только надеяться, что он не скандализирован моим вопросом. – Горные змеи не имеют… – взгляд его скользнул в сторону.