Вкус Полуночи

Смотря на небольшую ранку, память возвращает на момент её появления. Бр-р… неприятное ощущение. Всё ещё изучая раненый пальчик и не смотря под ноги, врезаюсь в чью-то каменную грудь. Роза, ты неуклюжее создание!

– Простите, – взглядом приходясь по чёрным свободным штанам, с разными ремешками на поясе и бёдрах, чёрная майка обтягивала широкие плечи, на которой была небольшая надпись на незнакомом мне языке. Наконец посмотрев на него, невольно залюбовалась.

Они у парня светло-голубые, даже возможно лазурные, ярко выделяющиеся… как у хаски.

На автомате я хихикнула под носом от этого сравнения. Короткие тёмные, и слегка кучерявые волосы слабо развивал ветер, и я машинально задумалась, где взять такой же шампунь.

Правильные черты лица привлекали к себе внимание, высокий лоб, прямой нос, выдающийся подбородок и высокие скулы. Твёрдый пристальный взгляд прищуренных глаз доводил до предательских мурашек по спине, и пухлые губы, растянувшийся в усмешке.

Но мои размышления прервал вскоре опустившийся холод на землю.

Хорошее настроение как ветром сдуло. Уловив малиновый оттенок на горизонте меня охватила дрожь, колени поджимались, и до моей тормознутой башки дошло, что у меня остался лишь час!

– Простите ещё раз, я не хотела, – Виновато опускаю голову направившись домой, но тут же парень хватает меня за кисть, руку которую я порезала, с интересом разглядывая ранку.

– Поранилась? – Заговорил. От его голоса всё внутри связалось в тугой узел прямо у горла.

Кровь застыла в жилах, и колени начали подгибаться от глубины и холода этого голоса.

– Да, я бы хотела обработать её. – Незнакомец глянул на меня с едва заметной ухмылкой.

– Тога беги скорее, – отпустил он мою руку.

Я оглядывала его ещё некоторое мгновение, делая несмелые шаги назад. Выдохнув на мгновение поворачиваюсь и убегаю прочь. Рюкзак больно бился о спину на каждом шаге, и стоило лишь на мгновение отвлечься, повернутся к незнакомцу, как я споткнулась о собственную ногу, разодрав колени до крови.

Чёрт, чёрт! Только не сейчас! Солнце стремительно опускалось за горизонт, а дом всё ещё был на большом расстоянии. У меня ещё есть примерно сорок минут! Ну же!

Поднимаясь на ноги, по телу прошлась волна дрожи. Всё моё существо противилось приходу темноты. Нас, людей, как вид, до такой степени довели до первобытного страха, что, оставаясь на улице, когда приближаются сумерки, тебя накрывала паническая атака.