Игрушка для двух братьев

Но я могу их понять, они хотели, чтобы род Борзовых продолжился, хотели понянчиться с волчатами! А я… я не могу подарить вам потомство, только себя и свою любовь.

Будет ли ее достаточно для того, чтобы мы с вами стали одной семьей? Вновь начали жить вместе в том большом прекрасном доме у озера?..

Внезапно я просыпаюсь, и не чувствую ничего, кроме леденящего душу холода. Где я? Почему здесь так темно и никого нет? Мне становится страшно от того, что я никогда не увижу своих волков!

– Наконец-то, ты проснулась, Эля, – слышу я чей-то жутко пугающий голос.

Сама не знаю, почему, но он кажется мне очень знакомым.

– Кто вы? Что вам нужно? – прищурившись, вглядываюсь в темноту, но все, что я могу разглядеть – это чей-то силуэт.

– Тише, ягодка, слишком много вопросов. Сперва выполнишь наши условия, а потом получишь ответы. Ты ведь хочешь узнать о себе побольше?

Конечно же, хочу! Я пришла сюда только за этим, поэтому повторяю твердым, уверенным голосом свой вопрос:

– Что вам нужно?

– Умница, Эля.

Смех, напоминающий хриплый собачий лай, разносится по темной комнате. И я понимаю, что так просто мне не выбраться. Не сегодня, не здесь.

Только бы мои волки, мои Борзые, не кинулись меня спасать. Хотя, возможно, теперь им все равно – им подобрали волчиц, должно быть, они уже вовсю их обкатывают. Вы не захотели меня слушать, мои любимые волки, а ведь все, что я хотела вам сказать – это то, что… Я люблю вас обоих!

Но теперь уже слишком поздно. Мои слова не изменят того, что случилось.

Глава 1

Эля

– Ты не можешь так со мной поступить! – выкрикнула я гневно дяде Паше, чувствуя, как все внутри меня кипит от злости. – Я – не вещь, которую можно продать!

– Еще как могу, – отозвался дядя в ответ, гадко улыбнувшись. – Я в тебя столько вложил, должен же хоть какую-то выгоду получить.

Вложил, как же! Только и делал, что заставлял меня выполнять всю работу по хозяйству да прятал деньги, которые присылала мне бабушка.

– Я не буду спать с этим стариком! – мой голос задрожал, а по щекам покатились горькие слезы.

– Сколько тебе повторять, что он берет тебя к себе в качестве прислуги! – дядя Паша покраснел от злости, его ноздри широко раздулись, а на лысой макушке выступили капельки пота.