Аберлауг. Следуя за вампиром

Взглянув перед собой, я вдруг увидела в чернильной темноте под деревьями хищно сверкнувшие глаза. Потом ещё одни рядом и ещё. Порыв подорваться и вновь побежать прочь теперь сдерживало нарастающее оцепенение. Да и сил уже не оставалось совершенно. Меня обуял страх. Тяжёлый, давящий, такой, когда внутри всё проваливается.

Я чувствовала, как волк приближается, как под лапами при каждом быстром шаге едва слышно хрустит снег. И казалось, звериное дыхание уже у самого-самого уха, а клыкастые челюсти размыкаются над плечом и вот-вот начнут беспощадно рвать на куски.

Я не ощутила момент, когда обмякла. В голове мелькнула единственная мысль: «Я умру». В ушах зашумело, повело в сторону. Обморок вырвал меня из этого мира.

Невозможное возможно

Я открыла глаза, но ничего не увидела: не могла сфокусироваться. Всё было затемнено и размыто, как если смотреть через целлофановый пакет. Лежала не шевелясь какое-то время, слушая, как ветер завывает и что-то потрескивает. Потом снова провалилась. Обрывками помнила, как ощутила вкус тёплого, бульон, кажется. И в редкие моменты, когда сознание немного прояснялось, казалось, что я падаю куда-то вниз, падаю нескончаемо долго. А потом чудилось, что в пустом белом пространстве дребезжит чёрная линия, похожая на молнию, а моё тело, лёгкое и невесомое, утягивает по ней в бесконечность.

***

Когда снова очнулась и приоткрыла глаза, первая мысль была о том, что всё это очень необычный, реалистичный сон. Надо обязательно его записать. Под одеялом оказалось очень жарко, я ощутила, как сильно пропотела. Кровь, будто раскалённая жидкая лава, растекалась по телу и, казалось, становилась только горячее с каждым громким ударом сердца.

Ожидая увидеть свою привычную комнату, я слегка приподняла голову, собираясь взглянуть на часы, что тикали на столе… Только не обнаружила ни часов, ни стола, ни золотой шторы напротив кровати, ни картины на стене. А тикало у меня в голове, больно, неприятно, словно кто-то иголкой в мозг тыкал. Со смаком так, упорно.

А стена, запоздало отметил разум, не бетонная, а деревянная. Взгляд остановился на узком обшарпанном подоконнике и маленьком окне.

Та-ак.