По семейным обстоятельствам

Ты понятия не имеешь, чем они увлекаются! Ты даже номера школы не знаешь, не то, что на родительское собрание сходить! Ты ни разу не сидел с ними на больничных! Какой ты после этого отец, Орлов? Ты хоть раз вывез их на природу? Или сходил с ними на велике покататься, а?

– А ты? Ты ходила? – заорал в ответ Орлов. – Дети брошенные у тебя! Не удивлюсь, если у них и в самом деле есть друзья-извращенцы!

– Я ходила! Мы недавно на скалодроме были! И на великах летом катались! А то, что я мало уделяю им внимания – я, твою мать, работаю на заводе! А по выходным – ещё уборщицей в фитнес-клубе! А не в декрете сижу, как Оксана!

Натка понимала, что Оксану она упомянула зря.

– Так надо было учиться, как Оксана! – добил её Егор. – А не бросать институт!

– Эй, Орлов, я на минутку твоих детей родила, а ты свалил к маме, когда им было два месяца! Мне что, с ними надо было на лекции ходить?

– Восстановилась бы, если бы захотела.

– У нас семья была, Орлов, – в отчаянии выдохнула Натка. – Мы их вдвоём сделали, очнись! И вдвоём принимали решение рожать!

– Ты на меня не перекладывай, – бросил Егор, выходя в коридор и надевая куртку. – Я мужик, я не рожаю и не кормлю. Аборт бы сделала, раз не способна детей вырастить. Сроку тебе даю месяц, в общем. Решай, куда, кто. И покупатели будут приходить, покажешь им тут всё.

2. Натка и подлянки судьбы

Егор ушёл, а Натка, трясясь, съехала со стула на пол и заревела. Что делать, она не знала. Стаська и Владик подошли к ней, сели рядом и обняли с двух сторон.

– Да ладно, мам, прорвёмся, – тихо сказал один.

– Еще годик потерпи, а там мы работать пойдём. Я узнавал, можно листовки раздавать.

– И в магазин грузчиком после школы.

– А после девятого класса – в ПТУ. А потом на завод. Рабочие хорошо получают, мам. А в институт можно и на вечернее.

– Ты не реви, насрать на этого мудака.

– Владик, это твой отец вообще-то.

– Донор спермы он, а не отец, – зло ответил сын.

– Не говори так. Сам посуди – у него вторая семья. Он не может их обделять. Там тоже двое детей будет. И Оксана – хорошая, не гадина какая-нибудь. А квартира и в самом деле его. То, что я здесь тринадцать лет живу – спасибо ему.

– Мам, ну мы же тоже его дети.

– Так он вас и не бросает. И даже готов забрать.