Змеиного царевича жена

И вообще супружеские обязанности их не вдохновляют. Но Алена, словно невзначай, раз за разом намекает мне о своей опытности в этом деле. Сначала я взбесился, а потом понял – мне несказанно повезло. Все же мы, мужчины, получаем от секса удовольствие. И если ей тоже нравится, она не будет меня мариновать, как это делала бы жена-змеица. У меня, может, секса будет больше, чем у отца. У него-то, поди, всего семь раз и было. Нагини обычно беременеют с первой попытки, если, конечно, у них проклятье не ударило именно по этой сфере.

Задумался, пожалел Златку. Ей так и не удалось стать матерью, сколько раз пришлось терпеть?

Тем временем Алена пыталась стянуть свой развратный костюм, а я был исполнен благородных намерений подобного не допустить. Вроде как на берегу мы одни, но я предпочитаю, чтобы на мою невесту никто не глазел. Поэтому пришлось спеленать ее полотенцем (она хохотала и отбивалась), подхватить на руки и тащить наверх. Каменную лестницу с сотней ступеней Алена терпеть не могла, поэтому особо не брыкалась.

А мне что, мне не сложно. Я вообще сильный, потому как попробуй хвост потаскай за собой – мало не покажется. Моя человеческая невеста кажется мне легкой, как пушинка. Нагиню я бы поднять полностью не смог.

– Зуб, да где вас носит? – встретила меня на пороге старшая сестрица. – Платье портниха принесла, ждёт. Родители и дед с минуты на минуту прибудут! Мне одной, что ли, это все надо?

– Ну нам с Зубославом точно не надо, – резонно заметила Алена, выпутываясь из моих рук.

Отпустил я ее неохотно. – Мы ведь сразу сказали, что нафиг-нафиг. Но ты решила организовать торжество на двести персон. Так чего теперь ноешь?

Я спрятал ухмылку. За подобные слова Жалка в меня бы ядом плюнула, а от Аленки ничего, перетерпит. Невеста моя достойна уважения – сумела себя поставить перед змеями, ее острого языка даже побаивались. Она не терпела всяких сюсюканий, не стеснялась говорить все, что думает – совсем как я. Только меня за хамство постоянно упрекали, а у неё был амулет истинности, то есть ключ к снятию проклятья.

Жалислава отчего-то даже не оскорбилась, а расплылась в улыбке. Не понял! Где закатывание глаз, где шипение сквозь зубы?

– Да, братец, вот она – любовь истинная, – пропела сестрица. – Ох и невеста у тебя, вы с ней два сапога пара!

Я только фыркнул. Понял и сам уже. И знаете, не жалею почти. Разве что не нагулялся ещё, но, может, это и к лучшему.