Змеиного царевича корона

Но ведь из-за нее все наги на два столетия оказались под проклятьем. Это, может, с точки зрения Громохвоста Бегемотовича двести лет – мелочь. Он дольше живет. А в Яви за двести лет ой как много может случиться! Две мировые войны, пара пандемий, революция и даже смена общественного строя у меня на родине. Я уж про технический прогресс молчу.

На самом деле я так и не разобралась, от чего или кого сбежала бабушка, почему Жемчужина оказалась у нее, а не у нагов, которым в принципе принадлежал этот артефакт, и почему с этим артефактом столько проблем.

Ведь ничего такого особенного он не делает. Просто сообщает, истинная ли пара. Даже жениться не обязательно, вон Гера с Маргаритой – ярый тому пример.

Возможно, наверху я найду какие-нибудь ответы, а пока я только интуитивно чувствовала подвох. Пятой точкой, так сказать.

– Слав, тебе не кажется все это странным? – спросила я у мужа, который тоже был как-то встревожен.

– Еще как кажется, – кивнул Зуб. – Но я все равно не откажусь от возможности побывать в Яви.

Очень интересно.

– Ну-ну.

– Ты столько всего рассказывала, что мне не терпится увидеть все эти автомобили, небоскребы, самолеты и роллы с пиццей.

– Самолета не обещаю, а все остальное тебе еще надоесть успеет, – опрометчиво пообещала я. – Хотя наша еда вам точно понравится. Когда мы выступаем в поход?

– Мне для начала нужно с Лихом договориться, – грустно сказал Зуб. – Самому. Потому что деда он ой как не любит, а отец наотрез отказался в этой авантюре участвовать.

– Так ведь в Болотограде есть проход, – напомнила я.

– Ну да, тот, в который ты попала. Но он, как ты помнишь, сильно высоко, поэтому его никто не использует. О нем даже не знает почти никто. В общем, без Лихо не обойтись. Я к нему один поеду, не хочу тебя в Лихолесье тащить. Опасно там, оборотни, мавки и лешие.

– Оборотни – это такие мужики, которые в полнолуние бегают волками? – припомнила я известные мне фильмы, но Зубослав меня жестко разочаровал.

– Нет, там другие оборотни. Те, которые наполовину люди, наверху остались, в Яви.

Им там жить можно было. А здесь не самые мирные хищники, которые на полный оборот не способны. Скорее даже – звери с зачатками интеллекта. Даже не знаю, можно ли их разумными назвать.

– А мавки разве не русалки?

– Нет. У мавок разум как у младенца. Они не разговаривают даже. И превращаются в черных кошек или ворон.

– Очень интересно, но встречаться с ними не хочется, – согласилась я.

– Поэтому я лучше один.