Злодей ее романа

– Скажите мне, девочки, как Кощея приворожить? – спросила на удачу Сашка.

– Ко-о-о-още-е-е-е-я? – протянула черноволосая Марьямь. – А зачем тебе этот старый пень?

Сашка уселась на камень, задумчиво поболтала рукой в чистой воде, отгоняя головастиков.

– Сама не знаю, – призналась девушка. – Только как вижу его, здесь – в груди – тепло. А когда не вижу, словно пусто и холодно. Мимо проходит – огнем опаляет. Взглянет черными своими глазами, коленки дрожат. А как целует, голова кругом, себя не помню.

– Александра, ты влюбилась, – констатировала Галла, пухленькая русалка-плакунья.

– Ага, – не стала спорить девушка. – Так и есть. Скажете, что я совсем дурочка?

– Почему? – удивилась Марьямь. – Любовь – это прекрасно. Все мы когда-то любили. А Кощей мужчина видный да ласковый.

Александра аж глаза вытаращила.

– То есть вы не считаете Кощея плохой партией? – уточнила она.

– Кощей – это тебе не юный оборотень, – пожала плечами Марьямь. – Да, не молод, но далеко не стар. В любви опытный, горячий, тело красивое, крепкое, всё как надо работает.

– Тьфу ты, – вздохнула девушка. – Я о любви, а она о постели.

– А в постели не любовь разве? – хитро улыбнулась русалка. – Коль в постели не заладится, ни одна любовь жить не будет.

– Не получается у меня с постелью, – призналась Сашка. – Сбежал он.

– А ну расскажи, – мгновенно оживились русалки.

Сашки и рассказала.

– Значит так, – наперебой заговорили русалки. – Теперь внимания на него не обращай.

– Да только совсем неприступность не строй, он ведь после Василисы на голову пришибленный. Хорошо его эта стерва потрепала, всю душу ему сожрала. Та еще русалка была.

– Какая-такая Василиса? – напряглась Сашка.

– Ой, давно это было, – отмахнулись девочки. – Лет сто назад, а может и тыщу.

– Одеваешься ты, Сашка, как пацан, – качали головой озерные девы. – Платья не носишь.

– Вот чтобы платье сегодня же надела! И туфли.

– Ой, Сашка, завтрак пропустишь!

Да какой тут завтрак!

Платье, платье нашлось. Совершенно безобразное платье. Узкое, по фигуре, с открытой спиной, на взгляд Сашки вызывающее и чересчур открытое. На взгляд Вики – никакое. На взгляд Бессмертного – очень даже красивое.