Уймись, бешеный!

Я конечно и сам люблю бухнуть и трахнуться, но стараюсь, чтобы не терять контроля. А Виталина запомнится мне на всю оставшуюся жизнь своей пьяной, сексуально раскрепощенностью.

А что если… посетила меня шальная мысль… сегодня тоже дать ей коньячка лизнуть. Можно сказать бармену, чтобы секретный коктейль ей намешал, и тогда эта чудо-девушка, скромняжка, снова превратится во вчерашнюю фурию. Ради смеха можно.

– Ну, чего сидим? – она снова повернулась.

Я завел машину.

– Сегодня ты очень красивая, – сказал, чтобы её расслабить.

Хотя она и так даст. Без проблем. Явно голодная.

Сколько же ей лет?

Я повернулся, скользнул взглядом по её лицу, потом по груди, просканировал руки. По рукам можно определить возраст. Но она же ещё не старуха, чтобы это определить.

– Сколько тебе лет? – говорю, выруливая от бордюра.

– К чему вопрос? – с явным вызовом демонстративно глянула.

– Так, любопытно.

– Тридцать один, дальше что?

– Дети есть?

– А ты хочешь их усыновить?

Я зыркнул на неё, усмехнулся.

– Есть сын, дальше что?

– Ничего, так спросил. Нужно же о чем-то разговаривать.

– Ну, тогда и я спрошу, ты меня зачем на ужин позвал? – повернулась ко мне и смотрит выжидательно.

Я машину веду, не отвлекаюсь.

– Я же говорил – примирительный.

– Неужели ты так страдал от своей вины?

Да, у этой чикули слово есть на всё. Язва конкретная.

– Слушай, я ведь по-хорошему хочу, – выруливаю на перекрёсток.

– Испугался? – улыбается.

– Чего это?

– Что я твой клуб опозорю?

– Чего-о-о? Да ладно, как это ты его опозоришь?

– Милый, я работаю в парикмахерской, а это лучшее место, откуда слухи разлетаются по всему городу.

А ведь она права. Об этом я и не подумал.

– Давай сначала поужинаем, а потом уже будем решать, позорить мой клуб или нет.

Она усмехнулась.

– Давай.

***

Да, хорошего мужика пойди, поищи.

Ещё и на такой тачке и с собственным клубом.

Наташка права, нужно этого брать тёпленького, прямо сегодня.

А если не корчить, то красавчик-брутал не клюнет. Надо чтобы клюнул.

Едем куда-то ужинать и только тут я начинаю догадываться – куда.

Подъезжаем ни куда иначе, как снова к этому злополучному клубу, где я так низко пала. Отлично, там наверное меня ещё помнят.