Птичка по имени Авелин

И домой шла, сдвинув маску на макушку и пританцовывая. Все-таки карнавалы – это прекрасно!

Народу на улицах все ещё было видимо-невидимо, но, поскольку я была уже с открытым лицом, меня не хватали за руки и тянули в хоровод. Не принято. Здесь веселится только тот, кто сам этого хочет.

Теши ещё не было, поэтому я спокойно смыла с себя суматоху дня, завалилась в постель и позволила себе помечтать о своей аптеке и спокойной жизни.

Проснулась от громкого шепота за открытым окном.

– Нельзя, говорю же, – бурчала моя сестрица.

– Да брось, такая ночь, – отвечал ей мужской голос. – Твоя Авелин точно у какого-нибудь мужика осталась ночевать!

– Авелин? Этот огрызок? Да кому она нужна? Потасканная неудачница!

– Не говори так, твоя кузина очень красивая и приятная женщина.

– Так-то оно так, только кто её знает, кем она на самом деле в Ранолевсе была? Может, шлюхой какой! Строит из себя скромницу, а просто никому не нужна. Никто её не возьмёт здесь!

Этого я стерпеть уже не могла.

– Авелин все слышит! А ты, мерзавка малолетняя, постыдилась бы! Что же мне в лицо не скажешь, только за спиной язык свой поганый чешешь? Господин Дьен, вы ведь знаете, что Теше шестнадцать, правда?

– Знаю, конечно, – кивнул сын лавочника с Ивовой улицы. – Я ведь женится на ней собираюсь… собирался… до того, как узнал, что она завистливая и злая, как чайка.

Даже в темноте я видела, как Теша побледнела.

– Комната нужна, да? – смягчилась я.

– Не отказался бы, – осторожно ответил Дьен.

– Ладно, сейчас уйду, – в конце концов, мы, птицы, не придаем особого значения всяким глупым условностям, к тому же парень мне знаком, он серьёзный и честный. Тешу не обидит. Да я уверена, что между ними и не будет ничего, просто пообнимаются. Пусть.

Я надела блузку, юбку и жилетку, и маску прихватила. Карнавальное платье давно в шкафу, там ему и место.

– Куда ты, Лина? – робко спросила сконфуженная девушка, протягивая ко мне руку.

– К мужчине, – твердо ответила я. – К красивому мужчине, которому не важно моё прошлое.

4. Ниххонец

Я шла по улице, жадно глотая ночной воздух. Небо надо мной расцветало фейерверками, но сейчас мне не хотелось даже голову поднимать. Злые слова маленькой дурочки разбередили старые раны. Нет, я не была шлюхой.