(Не) люби меня

– А как выйти из больницы? Ее вообще-то на ночь запирают, и врачи снизу дежурят.

– Я могу принести тебе веревку. Спустишься через окно. Здесь, конечно, решетка. Но у отца в кабинете ее нет. Кабинет в конце коридора, через дверь, я нарисую. Ключ у него с собой, но здесь двери не самые прочные, можно и выломать.

– Ты шутишь? С моей спиной только и выламывать. Найди мне шпильку. Тут замки примитивные.

– Ладно.

– А одежду? То, что мне здесь дали, мне мало.

Лили прищурилась и кивнула.

– У мамы осталось несколько вещей деда с тех пор, как он у нас гостил.

Тебе должно подойти. Я тебе помогу, а ты меня за это поцелуешь.

– Лили, да не могу я! – взвыл Кьян Ли. – Нельзя!

– Как скажешь. Дадэ должен приехать завтра.

– Ладно, глупая Ци. Я согласен.

В конце концов, поцелуй – это совсем не большая плата за такую услугу. Катаец хоть и ощущал себя продажным ютао, но упускать свой шанс не хотел.

Он оглянулся, усадил Лили на подоконник, впервые замечая, как она мала ростом по сравнению с ним, приподнял ее подбородок и осторожно прикоснулся губами к губам.

Кьян Ли не умел целоваться – в Катае это считалось совершенно неприличным. Поэтому он просто прижимался губами к ее рту и отчаянно боялся того, что она будет недовольна. У Лили опыта было и того меньше, но она хотя бы знала теорию из своих неприличных книг, и поэтому решила взять инициативу в свои руки. Она осторожно провела языком по его сомкнутым губам, которые охотно приоткрылись, коснулась зубов и задрожала, когда он сделал то же самое.

Ли быстро сообразил, что от него требуется, и, сжав ее голову и наклонив так, чтобы носы не мешались, принялся исследовать языком ее губы и рот, не понимая, отчего это странное извращенное действие так кружит голову. Когда Лили всхлипнула и обвила руками его шею, а ногами – талию, он вдруг осознал, что дело зашло слишком далеко, и то, чем они занимаются, уже вышло за рамки поцелуя. Он отшатнулся, про себя отчаянно ругаясь самыми грязными словами. Лили немедленно отпустила его, глядя ему в лицо так нежно, что у него сердце упало.

– Это ничего не значит! – в панике заявил он. – Ты мне все равно не нравишься!

– Я даже боюсь представить, как ты будешь целовать девушку, которая тебе нравится, – прищурилась довольная Лилиана.

Последнее слово снова оставалось за ней. Она теперь точно знала, что Кьян – ее мужчина, даже если он сам еще не догадывается об этом.

Шпильку и длинную веревку она принесла в тот же день.