Маленькая хозяйка большого дракона

Однако! Ей бы одной этой пищи до исхода недели хватило!

Может, муж – это не совсем то, что ей нужно? Это ж готовить сколько придется? И уборка, и стирка, и еще… дети, бррр. Детей Дара не хотела. Пока. Рано. Вот только после свадьбы дети неизбежны. Никуда не спрячешься.

– Спасибо, Дарьянушка, накормила-напоила, – поблагодарил Гринька. – Пора мне. О, а зверушка твоя оклемалась, похоже.

Дарьяна заглянула за сарай. Дракон по-прежнему лежал без движения, но уже мордой в корыте. Совершенно пустом. Что ж, не помер и хорошо.

Вот только чем его кормить? Вряд ли он будет овес или сено, как лошадь, верно?

Гринька уехал, оставив после себя пустой горшок, крошки хлеба и пыльные следы на полу. Дара вздохнула. Радость от неожиданного сговора уже закончилась, а проблемы остались. А ведь если сватов зашлют – что делать? Их хлебом-солью встречать надо. И не только. Нужно наливку из подпола доставать, а жалко. Наливка вишневая, хоть и прошлогодняя, но вкусная неимоверно. Дарьяна ее планировала продать по осени на ярмарке.

Теперь шиш. Сваты все выпьют. Беда.

Ой, а ведь Дарьяна сама-то сватов и не должна встречать, так не положено. Но и доверить это дело никому нельзя, тетка – она добрая, но мягкая. Ей как скажут: жена к мужу в дом идет – так она и согласится. Даже если Дара ей три дня иное талдычить будет. М-да, проблема! Ну да ладно. Может еще, родители Гриньки такую невесту не одобрят.

3. У разбитого корыта

Его снова унизили. Многократно, жестоко. Эта… хозяйка, купившая Даню, как будто скотину.

Хорошо хоть под хвост не полезла. Хотя… Там бы ее ожидало откровение. Все драконы в любой ипостаси мужскими достоинствами были одарены… весьма и весьма основательно.

Странная очень девица. Он таких еще не видел. Настоящий маленький вихрь.

Да она, пока торговалась с его мучителями, вокруг него обежала раз двадцать!

Цокот ее каблучков, ни на что не похожий, он уже даже начал различать в шуме рынка.

И запах. Запах был невероятно манящим, головокружительным просто, хотя никаких особенных ноток он не различил.

Вроде бы все просто: маленький этот торнадо пах мятой, сосновыми стружками и домашним уютом. Но хотелось нюхать ее снова и снова.

И пусть он подохнет, зато – с этим запахом.

Опять она пролетает мимо его морды. Не выдержал – уткнулся носом в коленки, как бездомный пес, с дрожью ощутив ее руку на затылке. Горячую маленькую женскую руку.

Захотелось мурлыкать. Сделал глазки еще жалостливее. Девушки всегда таяли от его взгляда.