Милослава: (не) сложный выбор

Сбор зерновых закончился, и отец сейчас дома, а дома он обычно спит до полудня. Все ходят тихо-тихо, чтобы его не встревожить. Вот и я тихо-тихо умылась, надела юбку с разрезами для верховой езды, схватила на кухне пару яблок – для меня и для Снежки – и вывела свою девочку за околицу. Когда поля стоят пустые, убранные, ездить на лошади – самое милое дело. Просторно, широко, можно и галопом промчаться, прыгая через канавы. Снежка – лошадь выученная, мне с ней легко и весело.

Я нисколько даже и не удивилась, увидев вдалеке небольшую фигурку всадника на коне.

Колдуна я признала сразу – второго такого жеребца в наших краях нет. Засмеялась радостно – приехал! Пустила Снежку в галоп, пытаясь ускакать от Тамана. Знаю, чувствую – ему нравится догонять, ловить, покорять, это в его крови.

Иногда мне кажется, что женщины легко читают мужчин и, если захотят, то к любому подберут ключик. Оборотню нравится покорность – с ним я тиха. Таману по душе охота – пусть!

Догнал он меня довольно скоро, догнал и рывком сдернул с седла, усадив перед собой.

Он делал так и раньше, да только я была еще совсем девчонкой, и ростом меньше, и не в пример легче.

Я испугалась, вскрикнула, стала вырываться – неужели прямо сейчас увезет? Я думала, сначала поговорим. Он заговорить не дал, сразу принялся целовать меня.

– Минем, – говорил он между поцелуями. – Минем шабаки.

«Минем» я догадалась – моя. Шабаки? Может, госпожа, может, любимая. Неважно. Потому что я не его.

Губы его были горячие, сухие, руки сильные, но я больше не испытывала каких-то чувств.

Кроме клятого любопытства, конечно, но оно, как известно, до добра не доводит.

Даже обрадовалась – не такая уж я и порочная, как боялась. Оттолкнула степняка, прижала ладонь к его губам.

– Таман, я замуж выхожу. Отпусти меня, это неправильно.

– Ты будешь моя, – сверкнул он глазами.

Ой, мамочки! Все-таки я порочная. В животе от его слов ухнуло, голова закружилась.

– Отпусти меня немедленно! – вскинулась я. – Как ты смеешь!

А вот теперь хорошо, правильно.

Кнесса я или крестьянка какая?

Усмехнулся, спустил с коня и сам спрыгнул. Зря, наверное. Он ведь ниже меня ростом. Сразу всё очарование момента рассеялось.

– Я украду тебя со свадьбы, – заявил степняк.

– Я не поеду с тобой. Я слово другому дала, – спокойно ответила я.

– Я никому слова не давал, – невозмутимо пожал плечами Таман. – Я долго ждал, Мила. Ждал, пока ты вырастешь. Ждал, пока ты поправишься после выгорания.