Милослава: (не) сложный выбор

И так-то был не красавец, а сейчас вовсе страшен. Узкие глаза ввалились, лицо посерело от усталости.

– Там, сзади, трава тлеет, – сообщила я ему.

– Я скажу магам, – не понял меня он. – Пусть кого-то пошлют.

– Таман, ты глупец, – заявила я. – Бери ведро воды и заливай. Для чего тебе маги?

– Воды?

– Эй, ты спал вообще? Воды! – я махнула рукой в сторону удалявшихся магов. – Там из земли струи бьют! Ведром больше, ведром меньше – какая разница!

Таман кивнул, побежал к своим людям. Немедленно большинство степняков схватили бурдюки и, вскочив на коней, отправились заливать останки большого пожара.

Я же пошла помогать магам.

Пожар тогда был потушен, большую часть степи удалось спасти, выгорело сравнительно немного – благодаря тому, что отец вовремя поднял тревогу. Потом степняки много пировали, танцевали и благодарили свою богиню, да только всего этого я не видела. В один момент, подменив кого-то из магов, я упала и больше не поднялась.

В себя я пришла только дома, уже осенью.

Заслуженной выволочки от отца я избежала только благодаря тому, что едва могла пошевелиться. Всю зиму я была слаба как младенец, меня выводили под руки на прогулку сенные девки и оставляли на лавочке возле дома. Закутанная в сотню платков, как капуста, я сама себе казалась жалкой старухой, ведь даже моя бабка двигалась проворнее меня, так ведь ей уже за шестьдесят, а мне было всего восемнадцать.

Магией мне и вовсе запретили заниматься на целый год.

Чуть позже, когда я уже способна была не просто лежать колбаской в постели, а окрепла, чтобы самостоятельно передвигаться в пределах комнаты, отец сказал мне много «ласковых» слов.

– Ты не представляешь, что ты натворила, Милослава, – говорил он. – Как тебе вообще в голову пришло в одиночестве отправиться в степь во время пожара? Выпороть бы тебя как сидорову козу, да как лежачую бить? Не плачь, не надо плакать! Ты нам очень помогла, не поспоришь! Мы бы справились и без тебя, но медленнее, да и здоровья потеряли бы куда больше.

– Так это же хорошо? – прошептала я.

– Просто замечательно, Милослава. Ты боле не кнесинка, а кнесса.

– Разве так бывает, отец? Я ведь не замужем! Или… я чего-то не знаю?

– Бывает, дочь, но редко, очень редко.