Искушение для темного короля

– Что он сделал? – спросил некромант ровным голосом, уже и так всё понимая. – Он хотя бы был один?

– Нет, нет… он не насиловал меня, – уткнувшись в его плечо лбом, сказала Иванна. – Наверное. Я ведь сама пришла. Я ведь огневик. Если полюблю, то вся горю. Я испугалась и просила его остановиться, но он не хотел останавливаться. И тогда я разозлилась. Мне было противно, больно, страшно… И я подожгла беседку, где мы были.

– Правильно и сделала, – согласился Маркус. – Только надо было еще и кричать.

– Огонь, который вызывает огневик, никогда не причинит ему вреда. А Ильяз… он погиб. Беседка обрушилась.

– Ясно, – вздохнул Маркус, которому на самом деле было ничего не ясно. Ну сгорел – туда этому гаду и дорога. – И ты теперь боишься?

– Прикосновения вызывают у меня приступы паники, я начинаю задыхаться, – ответила девушка. – Я не знаю, как я переживу брачную ночь.

– Я что-то не заметил, – приподнял брови некромант.

Иванна подняла голову и с изумлением поглядела ему в лицо.

– Слушай, если всё так плохо, – нерешительно начал некромант. – Может, тебе зелья накапать? Ты почти ничего чувствовать не будешь. Нам и нужно-то просто… по-быстрому. Правда, я не уверен, что метки появятся, если процесс не закончен.

– А если не появятся, снова пытаться? – возразила Иванна.

– Хорошо, – кивнул Маркус. – В любом случае, долго не получится.

– Почему?

– Как ты думаешь, сколько раз в жизни у меня была близость с женщинами? Если они просто "сгорают" в моих объятьях?

– Один? – предположила девушка.

– Ну вообще-то три. Я сперва не понял, что произошло. Потом пытался найти ответы в книге. Потом проверил свою теорию.

– Но ты ведь знаешь, что делать? – с усмешкой спросила Иванна, легко переходя на "ты".

– Вполне, – кивнул Маркус. – И для начала нам надо лучше узнать друг друга. Ты не против, если я тебя поцелую?

– Нет, – улыбнулась девушка. – Только осторожно. Если я начну отбиваться – не пугайся.

Мужчина кивнул и осторожно, почти целомудренно, прикоснулся губами к ее губам. Иванна шумно вздохнула и только плотнее сжала их. Она действительно тряслась от страха.