Цитадель: дочь света

– Я ее приемный брат, – прорычал Павел, мудро проигнорировав упоминание эльфов.

– А второй? – посмотрел на Антона вервольф.

– Я её друг, – пожал плечами Антон. – Я ей жизнью обязан.

– То есть ты знаешь, что если будешь рядом с ней, то будешь в опасности, но все равно остаешься? – спросил Иен.

– Без базара, – ответил Антон. – Мне терять нечего.

– Ладно, – кивнул вервольф. – Тогда хорошо. Павел, вы с Галлой из одной стаи?

– Точнее и не скажешь, – усмехнулся Павел.

– Много вас еще осталось?

– Осталось пятеро.

Изначально было одиннадцать. Трое умерли в детстве – были неизлечимо больны.

– Ну это еще доказать надо, – буркнул не понаслышке знакомый с хирургией Антон.

– И все из них странные? – нахмурился Иен. – Тогда ясно, почему им проще уничтожить всех.

Глава 4. Дорога дальняя, дом казеный

– Да кому «им»? – взорвался Павел. – Кто ты, откуда?

– Я вервольф, из Лихолесья, – наконец, ответил Иен. – Во-первых, мы, вервольфы, не принадлежим ни к темным, ни к светлым. Поэтому сейчас нас тянут в разные стороны.

Пока мы держим нейтралитет, обе стороны соблюдают хоть какие-то правила. Ну, конечно, не мы одни их сдерживаем. Есть еще гномы, они тоже в напряжении. Шаг вправо, шаг влево – и вся эта орда может вступить в бой. Но в пустоши они не суются пока.

Я не буду повторять, что сказал в тот момент Паша. Достаточно того, что покраснели все присутствующие. Из нормальных слов я услышала только предлоги.

– Ты! – сказал он, чуть успокоившись. – Я вообще ничего не понял.

Темные, светлые, что за бред? Я тебе задал простой вопрос – кто и зачем пытается нас убить, а ты мне плетешь всякую чушь!

– Я понял, понял! – приподнял ладони Иен. – Все это слишком сложно. Единственное, что я могу сказать – вам бы лучше убраться подальше. Всем. Иначе рано или поздно вас найдут.

– КТО? – прорычал Павел, перегнувшись через стол и схватив Иена за горло.

– Я полагаю, что темные. Или светлые, – негромко сказал Антон. – Честное слово, Павел, ты такой тупой.

Я внимательно посмотрела на Антона, ожидая увидеть на его лице насмешку, но он был предельно серьезен.

– Слава Богу, хоть один нормальный человек, – не без труда отцепив пальцы Паши от своей шеи, прохрипел вервольф. – И почему вы, люди, столь уверены в своей уникальности?

– Простите, а какому Богу вы возносите славу? – поинтересовался Антон с каменным лицом.

– Единственному, – огрызнулся Иен. – Вы, люди, зовете его Яхве, Иегова, Аллах, мы же зовем его Великий Бог.