Двойной виски со снегом

Как быстро она начала доверять этому парню!

Он ошвартовался, быстро руля веслами, и направил маленькое судно в сторону яхты, куда Марина махнула рукой. Взмах весел – и они полетели. Она любовалась им весь этот их стремительный путь. Сама Марина, ежедневно преодолевающая путь от яхты к причалу, выглядела хоть и значительно увереннее, чем еще пару месяцев назад, но все равно, как тот заяц с веслами. Была у нее такая игрушка в детстве, купленная отцом в валютном магазине: меховой заяц, вклеенный в лодку, махавший механическими веслами в воздухе.

Так забавно…

А мужчина в ее лодке выглядел, как стальная пружина, опасно сжатая до упора. Все движения выверены, каждое – произведение искусства. Опытный. Да, именно так. Отчего-то все его действия: от протянутой ей из сумрака Манхэттена руки до последнего взмаха весла у бока ее яхты – все вызывало у нее прямо-таки щенячий восторг.

«Пора бы уже протрезветь, Марина! Где вообще твои мозги?»

Она привычно скинула свои туфли и вскарабкалась на борт «Крейсера Авроры».

Арат принял лодку и легко поднялся следом.

– А ничего у тебя тут, уютненько, – пробормотал он, оглядываясь. – Можно осмотреться?

– Да конечно, – машинально кивнула Марина. – Будь как дома.

Мысленно усмехнулась: «Дома». Прошла босиком по палубе, на которой после шторма оставались щепки, водоросли и осколки раковин, спустилась на нижнюю палубу, ощущая затылком его присутствие. Включила питание судна. Где-то глубоко внизу уютно загудел генератор. Включился свет, яхта ожила, зашипели насосы, откачивающие затекшую за шторм воду, запищали датчики зарядников.

Не оглядываясь, почти бегом двинулась в сторону своей каюты. Личной, в недра которой не допускался никогда даже Георг.

Арат шел за ней. Как привязанный. Завороженный ее грацией, покачиванием бедер, обтянутых до откровения узкой юбкой. Не мог не идти. Лукавый взгляд через плечо – и он сглатывает, стягивая свитер и роняя его на пол.

Марина старательно не замечала его, стуча зубами от холода, только дверь оставила открытой – вот так, приглашающе.

Пыталась вести себя непринужденно и естественно, хотя всем телом ощущала его взгляд. Не испачкать бы белоснежный ковер – на химчистку денег сейчас нет, а сама Марина ковры чистить не то чтобы не умела, просто не хотела совершенно, поэтому она пробежала на носочках вдоль стены, стягивая пиджак и небрежно швыряя туфли на пол, забежала в душевую прямо в одежде и тут же включила горячую воду, только сейчас понимая, как сильно замерзла.