Твоя Мари. Неубиваемая

Бреду вверх по улице, отмечая про себя, что практически все дома пустуют – на неделе здесь почти не бывает дачников, подтянутся в пятницу. В поселке тихо, слышно, как в соснах переговариваются белки, и орет какая-то птица. По забору идет толстый серый кот, то и дело приседая на лапах и всматриваясь в пространство. Интересно, чей-то или бродячий? Хотя для бродячего слишком ухожен и раскормлен…

– Мари! – раздается издалека. – Ты где, Мари?

Разворачиваюсь и возвращаюсь к даче – Олег стоит в калитке уже закрытых ворот:

– Не уходила бы ты вот так, не предупредив.

– Ну, тут-то я не заблужусь.

– А кто тебя знает, – смеется он, притягивая меня к себе. – Смотри, как хорошо, тихо, нет никого… Поживем несколько дней.

– Тебе на работу.

– Я сам себе начальник. Буду нужен – позвонят, – отмахивается он, увлекая меня во двор и захлопывая за нашими спинами калитку. – Сейчас камины растопим, все нагреется…

– Пойду постель проветрю.

– Погоди, холодно. Посиди со мной.

Пожимаю плечами – он прав, нет смысла ворошить постель, пока дом не натоплен. Олег уже возится с дровами и растопкой, через пару минут камин в большой комнате уже горит, а мой Верхний идет на второй этаж. Я же начинаю разбирать пакеты. За зиму Денис успел провести, наконец, воду в кухню, и теперь не придется мыть посуду в тазике. Правда, нужно включить котел на веранде, чтобы вода нагрелась.

Возвращается Олег, одобрительно кивает головой, заметив, что я все разобрала и убрала:

– Ты, конечно, есть не хочешь?

– Почему? Съела бы что-то, – вяло произношу я, чтобы не навлечь на себя гнев Верхнего.

– Отлично! – радуется он. – Давай быстренько бутерброды сделаем, а ужин попозже приготовим.

Без всякого энтузиазма берусь за хлебцы и упаковку соленой семги, но Олег мягко забирает это у меня из рук и усаживает за стол к окну:

– Тут посиди, я сам сделаю.

Не спорю – в таком состоянии я могу задуматься и порезать руку, например, а кровь у меня останавливается плохо. Лучше пусть уж он сам, действительно. Олег быстро справляется с бутербродами, наливает чай и садится напротив меня:

– Ешь.

Приходится взять бутерброд.

– Я надеюсь, сюда никто не нагрянет? – спрашиваю, с трудом проглотив кусочек.