Виннипегская Cтена и я

Я бы не доверила Тревору отправить открытку почтой.

– А как насчет Роба?

Нет ответа. Прекрасно.

– Зак?

Эйден лишь молча покачал головой.

– Твои друзья?

– Если бы я хотел рассказать им – давно бы это сделал, – осторожно сказал он. И в этом ответе было больше одного смысла.

Это вообще многое объяснило. Конечно, он серьезно относился к возвращению в игру после травмы. К этому добавлялся страх, что его депортируют, если команда от него откажется. Кроме того, общение с менеджером и агентом, которые, похоже, не были согласны с решениями Эйдена, могло лишь ухудшить ситуацию.

Но кое-что вызывало у меня серьезное недоумение, и это не было связано с тем, что он не хотел возвращаться в Канаду или оставаться в Далласе.

– С какой стати ты рассказываешь мне об этом? – нерешительно спросила я. Его карие глаза остановились на мне, и морщины прорезали его широкий лоб. Я нахмурилась в ответ. – Раньше ты вообще со мной не разговаривал. Никогда. А потом я увольняюсь, и ты внезапно приходишь ко мне домой и просишь вернуться, хотя даже ни хрена не сказал, когда я уходила.

И теперь ты хочешь, чтобы я вышла за тебя замуж, лишь бы помочь тебе с документами. Ты говоришь мне то, о чем никому не хочешь рассказывать… И это, блин, странно. Как, по-твоему, я должна на это реагировать?

– Я решил рассказать тебе, потому что…

Запнувшись на полуслове, он закрыл рот. Потом быстро открыл его и снова закрыл. Открыл еще раз и опять закрыл. Похоже, он и сам не знал, почему так поступает. Господи, я уже ничего не понимала.

Наконец он пожал своими огромными округлыми плечами и поймал мой взгляд.

– Ты нравишься мне настолько, насколько мне вообще может кто-то нравиться.

Охренеть.

Просто охренеть.

Диана как-то назвала меня безвольной. На самом деле в точности она сказала вот что: «Ты тряпка, Вэн».

«Ты нравишься мне настолько, насколько мне вообще может кто-то нравиться» нельзя было считать комплиментом. Совершенно точно нельзя было. Я не настолько тупая. И все же…

Из меня вдруг вырвался низкий смешок.

Секунда, и я уже глупо хихикала, подняв глаза к потолку.

Вероятно, это был самый большой комплимент от Эйдена, на который я могла рассчитывать.

Ты нравишься мне настолько, насколько мне вообще может кто-то нравиться. Господи.

– Что тут смешного? – нахмурился Эйден.

Я закрыла лицо рукой и оперлась о стол, все еще немного хихикая и потирая лоб.

– Видишь ли, не раздражать тебя и быть с тобой друзьями – совершенно разные вещи.