Наследник для врага

– Сука, он меня ещё учить будет, – процедил сердито, но сам понимаю, Макс прав.

Снял с себя одежду, пошёл в душ. Синька давно выветрились, стою, втыкаю и невольно малышку вспоминаю.

Сколько лет у меня в употреблении девки другого сорта. Я привык и не замечал в чем разница. А сегодня, увидев эту маленькую сучку в её блять белой ночнушке, охренел сперва слегка. Не понял что за херня, откуда взялась такая, вот даже не знаю, как сказать, невинная что-ли. Нихрена не пойму, какого сука хрена я вцепился в нее там, у Зуева в квартире.

Когда она выскочила из-за шторы и бросилась к матери, я в первый момент реально слегка подахуел.

Потом конечно жадность моя восторжествовала над увиденным и поэтому потянул девку за собой.

Я мог и ту суку, жену Зуева, не брать, не сильно она тут и нужна была. Но малышку уже не мог не взять. Слишком она чистенькая, хорошенькая. А я таких не видел никогда. Захотелось рассмотреть поближе. Пощупать пальцами, удостовериться в том, что у неё там, под одеждой, как у всех остальных шлюх.

Зря я конечно с минетом к ней полез. Что поделаешь, прёт из меня эта херня, ненавижу сука, когда выкабениваются.

Вот блять!

Ну да ладно. Не с той стороны подъехал. Давно уже не привык подъезжать. Я просто беру то, что мне нравится. А эта маленькая сучка, кажется, реально понравилась мне.

Вышел из-под душа, оттерся полотенцем и пошёл на кровать. Упал, как есть голый, веки сомкнул. Все, сплю…

Глава 9

Сначала я сидела сжавшись, обхватив себя руками, подрагивая от звуков извне.

Сегодня я поняла одну вещь – как непредсказуема и жестока жизнь. Только вот недавно я была маленькой девочкой, маминой и папиной любимой доченькой, играла в куклы, выбирала в дорогом бутике розовые кроссовочки со стразами и юбочки с рюшиками как у принцесс… и вот уже, сижу на полу в какой-то комнате, где мерещится страх и ужас, где в любой момент может войти мужчина и потребовать от меня сделать отвратительные вещи.

Слёзы давно высохли, я устала сидеть на полу и начала вставать.

Затёкшие ноги, стали слабыми, я сделала шаг, села на кушетку. Тусклый свет всё ещё горит, вижу стены пол и потолок, всё тёмное, словно бархатное. Создаётся впечатление небольшого пространства, хоть комната не такая уж маленькая. Для чего нужна такая комната, если не для того, чтобы совершать в ней что-то постыдное, унизительное, мерзкое, извращённое.

Не хочу тут быть, но у меня нет выбора.