Тренинг

На нас сейчас опала пошла. Слышали о взрывах в корпусах? Наши ребята постарались, я многих лично знал, кого-то отчислили, кого-то отмазали.

– Так это давно было, – важно заметил Артем.

– Вот время летит! – свистнул Гена. – Я уже два академа отгулял. Ушел бы служить, но команда не отпускает.

«Значит, верно баскетболист», – прикинул Игорь.

– А чем займешься после диплома? – с подвохом спросила Алена, – кому сейчас химики нужны? Пойдешь на казенное предприятие за вредность сидеть?

– Разберусь как-нибудь! А кому нужны психологи? – огрызнулся Гена.

 – Пользы от вас ноль! Вы вообще в людях не разбираетесь. Развелось вас, как тараканов, и куда вы все расползаетесь? Морить вас надо или давить! Химия – наука, а психология – фуфло. Ее потрогать нельзя. Кому она сдалась?

– Вот не разбираешься в психологии, поэтому тебя все за хвост и вертят, – спокойно парировала Алена, всегда готовая к любым нападкам. – Почему ты два года числился в академе и не вылетел – психология деканата. И почему ты в резервном составе постоянно лямку тянешь – психология тренера.

А почему ты все это терпишь ? – твоя убыточная психология личности.

– Ты в мою душу не лезь. Чужая душа – потемки! Слышала афоризм?! А незваный психолог – хуже татарина.

– Да, согласна, просто хотела помочь, – зевнула Алена. – Такая у меня профессия – помогать людям, открывать глаза на ошибки, но если не хочешь, как хочешь.

– А я считаю, что психологи очень полезны, – встал Игорь на защиту подруги. – Они позволяют взглянуть на себя со стороны.

И каждый сам по себе рано или поздно становится психологом, кто-то быстрее, кто-то медленнее, по индивидуальной дистанции.

Алена поглядывала на компанию свысока. Игорь не знал, что сказать, а от него ждали остроумных фраз, ведь он старший и имеет официальное высшее образование. Но он ощущал себя глупцом, слегка дефективным, почти стариком, от которого отвернулась прогрессивная часть общества, отказавшись брать на броненосец «Потемкин», чтобы громить неугодных преподавателей.

А джинсовая толстушка глазеет на него чуть ли не с отвращением, удивляясь, зачем этот халуй сдался ее прекрасной подруге?

Нестерпимо хотелось уйти, но смелости на поступок не доставало. Игорь преданно глядел на Алену и успокаивал себя, что он умнее разнузданных малолеток. Нужно показать класс и доказать, что после института жизнь только начинается, хоть он и волочит жалкое существование, но ни в коем случае нельзя признаваться в слабости.