Любовник

Резко освободил губы, дернул за талию, одним рывком повернул к себе задом. Ладонь легла на мой рот, пресекая возможность закричать. Только пискнуть успела, когда моё платье натянулось и противно затрещало. Издало звук, заставивший меня сопротивляться сильнее

– Отпу-сти! – пытаюсь кричать ему в ладонь, но получается стон, хочу укусить его пальцы, не могу открыть рот.

Схватившись за ворот, парень резко прижал меня к себе, разрывая остатки платья на моей груди. И я уже не сомневаюсь, здесь творится уголовное притупление.

– Не волнуйся, я сделаю тебе приятно, как ты хочешь, – его голос кажется мерзким, но он завораживает, гипнотизирует меня, обездвиживает, словно яд, впрыснутый пауком в глупую, беспечную мошку, попавшую к нему в паутину.

Один рукав платья уже болтается, правая сторона моего тела оголена, потому что вместе с платьем парень стягивает с меня и бюстгальтер. Раскрыв широко глаза от заторможённого, безумного состояния, я, парализованная страхом и неприятным ощущением, будто попала в другую реальность.

Рывком он кинул меня на кровать, быстрым движением стянул трусы, раздвинул ноги. Я дернулась, хотела удержать, но он придавил меня к кровати. Свободной рукой я развернулась и с силой, на какую ещё была способна, ударила его по лицу. Он только одержимо улыбнулся, яростный блеск в глазах выдаёт безумца. В полной мере я это ощутила, когда одной рукой он схватил меня за шею, а другой начал расстёгивать свои джинсы.

– Нет, нет! – выкрикнула я в отчаянии, когда он опустил трусы, и я увидела возбуждённый член.

Я сильнее задергалась, осознав неизбежность. Одним движением парень стянул с себя футболку. Откуда-то взялся презерватив. Всё как в тумане. Мерзкое зрелище. Практически одной рукой парень раскатал его по члену. Отвратительный резиновый звук запустил мелкую дрожь моего тела. Предчувствие страшного, унизительного действия.

– Люблю зрелый товар, – проговорил парень, оскалившись.

– Отвали, гад… я вызову полицию, – голос мой похож на скуление собаки, на выдохе почти умоляю.

– Да никого ты не вызовешь… расслабься, детка, будет хорошо, – с оскалом на лице убеждает меня этот ужасный тип.

Его член плавно скользнул в меня. Боже, я его впустила. Открыв рот, онемела. Голос пропал. Не могу ни крикнуть, ни визгнуть, ничего.