Подарки зятя или Эльфийское проклятье

А полковнику Вудстоку попробуй откажи!

Пока Сесили говорила, Элис ловила на себе виноватый взгляд Михаэля и, однажды улыбнувшись ему в знак примирения, понемногу оттаяла. Ну и что, что не смотрел и не читал? Она научит!

– Мама с папой говорят, что раз я не пошла в университет, значит должна поскорее выйти замуж, завести двоих детей, садик и корги, – с тяжёлым вздохом заключила Сесили, поднялась на ноги и с шумом отложила варенье на тумбочку возле патефона. – Но я тебе клянусь, что скорее сбегу из дому, чем пойду под венец по указке.

– Она может, – с улыбкой подтвердила Элис. Михаэль тоже улыбнулся.

– Вот так мы тут и застряли, – продолжала болтушка. – Живём здесь как кильки в банке, пока наша Мэгги ждёт своего принца.

– «Застряли?» – Коверкая слово с неожиданно проявившимся акцентом, Михаэль нахмурился. – «Кильки в банке?». Was? [1 - Was (нем.) – Что?]

– А! – понимающе махнула рукой Сесили, переглянувшись с сестрой. – Я говорю: мы вынуждены оставаться здесь, пока наша Маргарет не выйдет замуж за богатого янки из Бостона… Раньше у неё был другой жених, но это долгая история.

Ну а ты?

– Я?

– Кто же ещё! Зачем приехал в Лондон?

– Если у тебя есть здесь какое-то дело, – совсем осмелела Элис, ещё хихикавшая про себя над языковым конфузом, – лучше расскажи. Ты здесь наверняка совсем один, и тебе понадобится поддержка.

Несколько секунд Михаэль размышлял, и сёстры видели, как венка вздулась на его лбу, наблюдали, как он хрустел пальцами в нерешительности.

Михаэль не выглядел человеком, который так просто раскрывал секреты, да и «дело», похоже, было не из лёгких.

– Вообще-то, – проговорил он в итоге со вздохом и спустился к ним на пол со своего подоконника, – это не то, чем бы я в другое время поделился с посторонними.

– Мы не посторонние, – ничуть не смутилась Сесили и освободила для него место рядом с собой на ковре. – Отныне мы соратники и боевые товарищи. Других ты здесь всё равно не найдёшь. Ну так что там у тебя?

Михаэль отшутился, ослепив девушек белоснежной улыбкой, а ещё через пару минут осторожно и, не вдаваясь в подробности, рассказал, что приехал искать отца.

На этом откровения закончились, но уже через неделю он с удовольствием жевал печенья, которые Сесили на пару с матерью приготовила на именины одного из постояльцев, а от оставшейся половины они втроём избавились ночью на чердаке, смеясь с какой-то шутки так, что чуть не перебудили весь пансион.