Чудеса на магической неделе

 – Начнет ещё волноваться за меня, ухать как ненормальный. А если я никому ничего не скажу, может быть, получится так, что прошлого вечера как будто бы и не было совсем? Как с плохим сном – расскажешь его – и сбудется, а не расскажешь – ничего и не произойдёт…»

Чего бы только не отдала бяка, чтобы вернуться во вчерашний день. В тот самый день, когда солнце палило немилосердно, а воздух был таким горячим, что мухи, казалось, сварятся в нём, как в супе… Аля зажмурилась и представила себя на поляне. Вот она танцует бяк-бяк, а потом… Нет, Ваську она в лесу не встречала.

Она пошла к Вилли, и они все вместе: Аля, Вилли и Василиса отправились на праздник. Аля с Васькой всю ночь плясали на радость лесному народу, а Вилли в смокинге смотрел на них с улыбкой и утирал слёзы умиления.

«Да, вот так всё и было, – решила Аля, хотя внутренний голос твердил ей, что на самом деле всё было совсем не так. – Ладно, хватит переживать. Займусь-ка лучше делом: посплю ещё часок», – бяка укуталась по самый нос в тёплое ватное одеяло, только пятка выглядывала наружу для охлаждения.

Но заснуть ей так и не удалось – послышался треск, хлюпанье, сопенье, и сквозь прутья шалаша просунулись длинные усы Вилли. Аля залезла под одеяло с головой: именно Вилли ей сейчас хотелось видеть меньше всего.

Бяка никогда не видела гнева ухаря, но ожидала его с минуты на минуту. И повод, вроде бы, был сейчас вполне подходящим: он ведь просил её не ходить за змейкой, а она не послушалась и опять, уже в тысячный раз, попала в переделку.

– Вилли, не надо так нервничать, – закричала Аля из-под одеяла.

– Ух, а я и не нервничаю, – раздался ровный голос Вилли.

Вилли молча раздвинул ветки и вошёл внутрь.

– И не смей обзываться! – не унималась Аля.

Вилли присел в изножье матраса, случайно прищемив ей лапу. Бяка, наконец, набралась смелости и выглянула из-под одеяла.

– Ух, извини, Аля, я нечаянно на тебя сел. – Вилли был настроен вполне миролюбиво.

– Ты что, совсем не собираешься меня ругать? – удивилась Аля.

– Ух, за что?

– Ну мало ли…

– Не понимаю… – Вилли хлопнул глазами.

– Разве ты не кормил всю ночь двух глупых фефёл? Праздничный ужин тысячи бублей стоит! – взорвалась Аля.

– Ах вот ты о чём… – Вилли замялся. – Видишь ли, Аля, когда работаешь официантом, приходится носить много разных тарелок. Туда-сюда, туда-сюда. У кого-то хороший аппетит, а у кого-то плохой: все существа разные. Иногда еда остаётся почти нетронутой, даже самая вкусная.