Третье поколение

– Что значит пропал? – Джи задумчиво помешала ложкой жидкость, потом решительно посолила и поперчила содержимое мисочки. Перец ускоренного созревания научились выращивать уже давно, хотя неведомо, насколько оранжерейный перец походил на своего земного собрата.

– Ну, вот так, взял и пропал. В жилом боксе нет, в рабочем – тоже.

– Может, он по делам палубой ниже? Он же вроде иногда курьерит?

– Тогда бы идентификатор работал, показывал, что выписан пропуск. А он просто не отвечает. Молчит, как космос.

– Не бывает, – согласилась Джи.

– Может, он ушел в колодцы? – предположила Мирая.

– Может быть, – поддакнул Эрг, ему хотелось, чтобы Мирая ушла. Его раздражал ее потерянный вид. Чье-то исчезновение казалось опасным, как эпидемия, будто и тебя пометили, чтобы ты исчез. Он вспомнил пустоту за кварцевым стеклом и невольно вздрогнул.

– Колодцы найти не так-то просто. И потом, в них никто не живет, – заявила Джи.

– Может, идентификатор сломался? – сделал еще одно маловероятное предположение Эрг.

– Какой кошмар? – не поняла Мирая.

– Кошмар! Рэмембе! – изумилась Джи.

Мирая покачала головой.

– Sic transit gloria mundi, сказал бы Эпиктет. Бедный Кошмар, он уже позабыт.

– Если что-то узнаете, спикните? – Мирая глянула на Эрга просительно, игнорируя ядовитые замечания Джи.

Она отошла от их столика.

– Бат пропал, – сказала она работягам-вторичникам за соседним.

– А мне до звезд, – хмыкнул один. Второй хохотнул, найдя шутку удачной.

Мирая кивнула, как будто соглашалась, обернулась к Эдгару, глянула жалостливо.

– Сообщим, – пообещал Эрг громко и, понизив голос, спросил у Джи: – В самом деле, куда он мог деться?

– А я знаю? Люди все время уходят. Может, есть тайные проходы в параллельное измерение?

– Или наблюдатели пожаловали, – предположил Эрг.

– Не, наблюдатели так не тихарятся. – Джи хорошо помнила предыдущие набеги.

– Передают, наблюдателей больше нет. С тех пор, как их последний отряд умер от голода на переходной лестнице, – шепнул Эрг.

– Да, болтают, – подтвердила Джи, хотя не очень в это верила.

Уже семь лет сверху никто не являлся. Ни инспекций, ни грабежей.

А до этого наблюдатели приходили раз в три месяца, а то и чаще. Три месяца – срок вызревания овощей в оранжереях.