От Лукова с любовью

Думаю, у него слишком большие руки, – начала я, обращаясь к тренеру Ли, и мужчина подо мной, судя по звуку, ухмыльнулся, отчего я опять закатила глаза. – У меня странное ощущение. – Он поднял меня на максимальную высоту, и теперь я находилась в том положении, из которого он уронил меня до этого. Втянув живот и сжав зубы, я напрягла бицепсы, попытавшись частично переместить свой вес на ладони и пальцы. Мне удалось.

– Я знаю, что делаю, – заявил идиот подо мной.

– Я привыкну, – сказала я тренеру Ли, притворившись, будто не слышу Ивана.

– Опусти ее и повтори, – сказала тренер.

Иван так и поступил. Он довольно быстро опустил меня на пол, хотя и не так аккуратно, как мог бы. Засранец. Я окинула его взглядом, но он был слишком увлечен тем, что смотрел на тренера Ли, и ничего не заметил.

Мы повторили поддержку.

Снова, и снова, и снова.

Следующие три часа мы только этим и занимались: заход на поддержку раз за разом, пока не перестали ощущать разницу… и мои руки – и руки Ивана – не задрожали от усталости.

Когда истекли четыре часа, брюшные мышцы, о существовании которых я забыла, были изнурены, и я на 90 процентов была уверена, что на следующий день у меня на животе появится гигантский синяк.

– Еще раз, и закругляемся, – сказала тренер Ли, сидя по-турецки на мате неподалеку от круга, где мы с Иваном работали. Мы еще даже не дошли до того элемента, когда он должен пройти, держа меня над головой.

Не поднимая глаз, я отступила назад, а потом, когда руки Ивана заняли нужное положение, наклонилась вперед. И он поднял меня, пожалуй, чуть проворнее, – хотя я знала, что он устал, – чуть легче и увереннее. Это длилось всего двадцать секунд, после чего я, снова встав на ноги, удержалась, чтобы не состроить гримасу от боли в брюшных мышцах. Сразу после душа намажусь мазью с арникой, чтобы завтра не умереть.

– Вечером приложи к животу лед, Джесмин. Мы не можем позволить, чтобы ты страдала, – окликнула меня тренер Ли почти сразу после того, как я приземлилась на обе ноги. Посмотрев на нее, я кивнула. – Сегодня вы хорошо поработали.

Неужели? Отчасти мне казалось, что дела пошли лучше или, по крайней мере, быстрее, но не то чтобы мне было с чем или с кем сравнивать. Я не хотела давать волю чувствам. Шаг за шагом. Я понимала это.