Ты будешь мне стеной

Мне хотелось есть, и я уже устала от этого бессмысленного разговора.

– Что ж, пусть так. Я действительно все еще сержусь на тебя. Ты же не будешь отрицать, что позволил Тревору говорить гадости за моей спиной. – Я перевела дыхание. – Да Тревор собственного ребенка продаст, предложи ему цену получше! Уж ты-то не мог не знать, что я заботилась о тебе куда больше, чем этот чертов Тревор.

Сам звук этого имени заставил меня ощетиниться.

Раз, два три, четыре, пять.

– И ты даже не извинился передо мной ни разу.

Это вообще не в твоем характере – извиняться. Можешь поверить, я бы никогда не позволила говорить гадости о тебе за твоей спиной. – Я многозначительно взглянула на Эйдена. Не хотелось, чтобы он решил, будто я вываливаю это просто так, от плохого настроения.

– Я уже не говорю о том, что перед моим уходом ты вел себя как последняя свинья, – заявила я обвинительным тоном. – Так с какой стати мне помогать тебе? Мы ничем друг другу не обязаны. Да, было время, когда я уважала тебя, даже восхищалась тобой.

А ты… тебе было на это наплевать. И теперь ты хочешь, чтобы я сделала вид, будто ничего такого не было.

Эйден смотрел на меня… нет, не виновато, а как-то странно.

– Ты права, – сказал он наконец.

Что?

Не то чтобы я совсем не ждала от него извинений, но все же…

– Нельзя было позволять ему язвить на твой счет.

– Ну надо же!

Эйден проигнорировал мое замечание.

– Мне следовало лучше обращаться с тобой.

Ну как тут не согласиться?

Словно чувствуя, что слова его не оказывают на меня никакого эффекта, Эйден повел плечами и добавил:

– Прости, пожалуйста.

Я молча смотрела на него, не зная, как на это реагировать.

– Ты была замечательной помощницей, а я этого не ценил, пока ты не ушла…

Возникла неловкая пауза. Казалось, ни один из нас не знал, что тут можно добавить.

– Ванесса, прости меня за все, – повторил наконец Эйден.

Похоже, он и правда чувствовал себя слегка виноватым. С другой стороны, я прекрасно понимала, что извинился он только потому, что ему нужна моя помощь.

Видимо, эти эмоции отразились на моем лице, так как Эйден продолжил:

– Ты не имела никакого отношения к тому, из-за чего я так злился. Я знаю, это сказалось на моем поведении. С другой стороны, я никогда не старался намеренно унизить тебя.

Я скептически фыркнула, вспомнив сцену в спортзале, а затем и на радио.

– Прости, что выплеснул на тебя свое недовольство, – покачал головой Эйден.