Ты будешь мне стеной

Невелика важность. Вот если бы он орал или швырялся вещами…

Но унижать меня в присутствии других? С таким мне еще не приходилось сталкиваться. Потому-то, должно быть, я и восприняла это так болезненно.

Всю дорогу домой я мысленно чертыхалась в адрес Эйдена. Добравшись наконец до места, я припарковалась на улице и вошла через парадный вход. Уже открывая дверь, я вдруг поняла, что что-то здесь не так.

Сигнализация не сработала.

– Зак? – окликнула я, на всякий случай достав из сумки газовый баллончик.

Но дошла я только до кухни.

Он сидел на стойке, небрежно покачивая ногами в коричневых ковбойских сапожках. Красивое лицо светится улыбкой. На голове – черная ковбойская шляпа, которую он не менял годами.

Захария Джеймс Тревис, еще один защитник «Трех сотен» и бывшая звезда Техаса. Перебрался в Даллас после того, как его карьера в Остине пошла на спад.

Но я знала Зака другим.

Мы не виделись уже три месяца: к новому сезону Зак предпочитал готовиться дома.

– Ты едва не получил струю газа в лицо, – пропыхтела я, прижимая ладонь к сердцу. – Мы ждали тебя только на следующей неделе.

Зак спрыгнул на пол и с улыбкой распахнул свои объятия.

– Я тоже рад видеть тебя, дорогуша.

«Почти не изменился, – подумала я. – Разве что набрал килограмм-другой».

– Что ты здесь делаешь? – улыбнулась я в ответ.

Бог с ним, с Эйденом. Не могу же я дуться на него целый день!

– Решил, что ранний приезд меня точно не убьет.

Не успела я моргнуть глазом, а Зак уже сжимал меня в объятиях.

– Если кто и рискует здесь умереть преждевременной смертью, так это твой сосед. В последнее время меня так и тянуло подсыпать ему яду.

– Но он еще жив? – задумчиво поинтересовался Зак.

– Пока что да, – поморщилась я, припомнив сегодняшние обиды.

Зак окинул меня внимательным взглядом, улыбка на его лице угасла.

– Ты что, совсем не спишь, детка? – спросил он, разглядывая темные круги у меня под глазами.

Ну что толку врать?

– Сплю, но меньше обычного.

Слава богу, обошлось без упреков. Зак лишь покачал головой.