Не судьба!

– По адресному бюро, – ответил Билли. – Представляешь, ты есть у них в картотеке, я сам не надеялся найти тебя, ан нет, свезло, нашел! А что это у тебя там горит? – спросил он, увидев пламя в жаровне.

– Я сжег все свои рукописи, – глухо сказал Пауль, потупившись.

– Ты с ума сошел, идиот! – возмутился Билли, он шагнул к огню, пытаясь вытащить горящие листы, но бесполезно, в его руках остались лишь обгорелые клочки, все обратилось в пепел.

– Все равно они никому не нужны, – вздохнул Пауль, с равнодушным видом наблюдавший за ним.

– А Лаура, твоя Лаурита? Она ведь была в восторге от твоего творчества! – зло выкрикнул Билли.

– Лаура выходит замуж за Джона Маккинли, – мертвым голосом сказал Пауль.

– Твоя любимая выходит замуж за другого, а ты сидишь тут и сжигаешь свои романы, которые писал для нее?!! – заорал Билли, в бессильной ярости взмахнув руками.

– Зря говорят, что рукописи не горят, еще как горят, – отстраненно заметил Пауль, смотря на горстку золы в жаровне.

– Какой же ты кретин, Пауль! Она же любит тебя! Вы же так подходите друг другу! Вы оба творческие романтичные натуры, а этот напыщенный кичливый Маккинли не отличает стихи от прозы! – взывал к голосу разума друга Билли, эмоционально жестикулируя.

– Зато он потомок графа и богат, завидный жених, – опустив голову, тихо заметил Пауль.

– Ну, видимо, ей очень, очень повезло! – зло сказал Билли. – Ты еще больший идиот, чем Маккинли! Когда ты видел ее в последний раз?

– Давно уже, я отправил к ней прощальное письмо сегодня, – вздохнул Пауль.

– Вот идиот, – покачал головой Билли и задумчиво произнес, гладя на кучку золы. – Кто-то, хоть убей, не могу вспомнить, написал, что все романы – это письма, которые написаны для одного человека. Ты ведь писал все для Лауры, но все уничтожил, а значит, и уничтожил и память о ней. Ты предал ее, Пауль, ты предал свою любовь. И ты еще смеешь укорять меня в том, что я предаю искусство, занимаясь сочинением низкопробных фельетонов и заметок в газетенки.

Пауль ничего не ответил на эти слова.

– Не трави мне душу, и так тошно, – буркнул он. – Говори, зачем пришел-то?

– Ах, да, совсем забыл! – хлопнул себя по лбу Билли. – Я хочу предложить тебе работу, у нас освободилось место корректора в газете, зарплата небольшая, но есть перспектива роста.