Шхуна миров

Вижу одному из вас требуется врачебная помощь, я пришлю корабельного врача и новые одежды, благо у нас этого барахла в достатке. Правда женской одежды нет, но надеюсь, мисс не побрезгует. – улыбнулся он, отчего София еще сильнее сжалась за Томасом и покраснела. – А после я думаю, мы с вами поговорим, мистер… – тут явно требовалось продолжение.

– Томас, зовите меня просто Томас.

– Хорошо, Томас, все близкие называют меня Сторож. Я зайду к вам через полчаса, надеюсь, к тому моменту вы сможете связано рассказать, что случилось.

С этими словами он вышел, ключ опять звякнул, запирая дверь.

Томас тяжело опустился рядом с девушкой. Та, будто уже не стесняясь его, спросила:

– Мы в плену у пиратов?

– Я не знаю, – пробурчал парень. – Я уже не уверен в этом, лучше просто подождать, что будет дальше.

Через десять минут явился врач: длинный и очень худой мужчина, возрастом под пятьдесят. Он был в очках и очень молчалив. Молча осмотрел рану Юстаса, молча извлек из нее все лишние предметы, молча намазал какой-то мазью и молча перевязал.

– Где мама? – жалобно все-таки прогундосил он. – Где месье Орже?

София беспомощно посмотрела на Томаса, она сама не знала ответ.

– Они были на лодке, Юс. Молись, чтобы их не забрал океан. – только и произнес он. Лучше услышать горькую правду, чем сладкую ложь – по такому принципу и жил матрос.

Девушка ахнула, Юстас начал хныкать, дверь вновь открылась, и какой-то матрос принес охапку одежды всякого разного размера.

Томас, стараясь не думать о том, кому она принадлежала раньше, выбрал себе одежду по размеру. Также поступили и София с Юстасом, который не прекращал лить слезы. Томас в итоге как был в одежде матроса, так в ней и остался. Девушка же стала очень симпатичным юнгой, ну а Юстас нашел камзол какого-то маленького человека.

Вскоре дверь вновь отворилась и вошел Сторож. Он попросил Томаса пройти с ним, заявив, что беседовать один на один лучше всего.

Юноша моментально напрягся, но последовал за хозяином корабля.

Другая каюта, куда его привели, была не менее роскошна. Это было очень странно. Они сели за почти такой же столик с фруктами, полотенцем для рук и графином воды.