Слушатель в чёрном квадрате

Как только я поставил стаканы на стол, мы тут же их осушили с такой жадностью, как бы это сделали заблудившиеся в пустыне путники, внезапно очутившиеся в оазисе с источником воды.

– Тебе надо как-то заявить об этом открытии. В журнал какой-нибудь научный написать что ли, – морщась от выпитого, предложил я.

– Да, писал я уже, и в журналы, и в газеты, даже в Академию наук письмо отправлял.

– И, что?

– Да, ничего. Ото всюду молчок, как воды все в рот набрали. Никому в наше время правда не нужна, – махнул рукой Вадим, – Вот, такая вот верблюжья нора получается.

– Может не верблюжья, а кроличья? – решил я уточнить, но ответа не последовало, так как мой собеседник вдруг быстро накинул на голову капюшон ветровки, и скукожившись вжался в стул. Хотя я не видел проход, но уже отлично знал, что сейчас происходит за моей спиной. Оборачиваться, опять никакого желания не было.

– А вот ты где гадёныш сидишь, – буквально прошипела подошедшая жена Вадика. – Ты же обещал, сволочь, что выпьешь кружечку пива и сразу к нам.

Уже вся анимация закончилась, а он и не шевелится, – гневно продолжила женщина, отвесив моему собеседнику увесистый подзатыльник, – а ну марш, чтобы духа твоего здесь больше не было. Я столько деньжищ угрохала, чтобы нам на море хорошо отдохнуть, а этот мерзавец здесь пьянствовать решил, лучше бы фруктов больше жрал.

Вадик, не снимая капюшона, засунув руки в карманы шорт, словно зомби встал, и получив ускорение кулаком в спину направился в сторону корпусов.

Через несколько метров Валентина остановилась, и развернувшись подошла ко мне.

– А вас, гражданин, я попрошу больше к моему мужу не приближаться и на пушечный выстрел, – глядя на меня с нескрываемым отвращением, железным тоном, прочеканила она.

Вот так всегда – вроде ничего плохого не сделал, а во всём виноват. Хотя бы попыталась разобраться в ситуации, а не хамить малознакомому человеку. Если уж на то пошло, то это не она, а моя жена должна возмущаться, что её муж, в принципе непьющий человек, второй раз за три дня возвращается пьяным после встречи с каким-то хануриком.

Ханурик – это я сказал обобщённо, ни в коем случае не подразумевая при этом Вадика, к которому проникся безмерной симпатией.

Алиса, в отличие от Валентины, не возмущалась, а лишь попросила не приставать к сыну с расспросами про учёбу, что я обычно делаю, когда хоть чуть-чуть оказываюсь навеселе.

Она у меня умничка, и никакого перетягивания каната у меня с ней нет.