Только не бойся!

Отражение зрелой луны, словно по волшебству залившее мерцающими серебряными красками поверхность моря, венчало эту упоительную картину южной ночи.

– Спать идёшь? Завтра опять до обеда будешь валяться! – Мама, видимо, уже уложила мелкого, теперь её заботила судьба её старшего ребенка.

– Нет, мамуль, не хочу пока. Завтра не дай мне проспать, разбуди к завтраку, пожалуйста, – я поцеловала маму и устроилась в мягком шезлонге, где, с комфортом раскинувшись, стала мечтать о предстоящем переезде в Британию, чтобы не думать о бледном лохматом парне с глазами цвета космоса, хранящими в себе целую загадочную вселенную.

Хм, странная аналогия… Скорее всего, она связана с моим нынешним восторгом от ночного звёздного неба. А что за взгляд у него… Он на меня смотрел, будто… Так! Достаточно. Я думаю о Великобритании.

Во сне я по-прежнему лежала в шезлонге, удобно устроив голову на своих ладонях. Сны, события в которых по восприятию не отличались от происходящих в действительности, уже случались в моей жизни дважды.

Правда, тогда я до последнего не осознавала, что сплю. Но в этот раз сразу поняла, что это слишком хорошо, чтобы быть реальностью.

В полуметре от меня в соседнем шезлонге лениво развалился он. И только арбузный фреш в высоком графине на маленьком столике мне закрывал обзор.

Я отодвигаю столик немного вперёд и без преград теперь смотрю на профиль своего гостя, стараясь запомнить его безупречные черты.

– Ты заботливо прихватил с собой в мой сон напиток, способный спасти меня от жары, – отмечаю благодарно я, усаживаясь, чтобы разлить фреш по стаканам.

 – Мне хотелось бы говорить с тобой! – внезапно признаюсь я. – Хотя бы здесь, в мире грёз.

– Не в моих силах тебе отказать, – вдруг отвечает он на чистом русском.

Сомненья прочь – мне это снится!

– Кроме того, я с удовольствием тебя выслушаю, – улыбается он. Садится. Опережая меня, наливает фреш в один лишь стакан, подаёт его мне.

Очарованная его расположением, пусть и не наяву, я, краснея, опускаю глаза.

– Звучит так, будто говорить стану я?

– А я слушать. Разве не равноценно?

Не найдя слов для ответа, я отпиваю львиную долю леденящего напитка. Прежде во снах я ещё не ощущала собственную дрожь.

– Спасибо! – приподнимаю я стакан. – А сам-то что не пьёшь? Неужели не умираешь от жажды?

Мой гость усмехнулся, будто я рассмешила его. В его глазах блеснул огонёк, но парень мне не ответил.