Сводный Альфа

Это породит войну кланов, и нам этого не простят. Но тут, в «Колизее»… Можно все.

– Ты хочешь драки? Сейчас?

Я почти рычу, в крови кипит ярость, смешанная с адреналином и страхом. Что этот подонок сделал с Эрикой? Я растерзаю его, уничтожу. В эту секунду мне плевать на последствия.

Я во всем виноват и приму любую кару. Вот только Эрика здесь ни при чем, ее не должно тут быть.

– Так ты согласен, Кел?

– Да. Готовься харкать кровью, мразь!

Круг света, в котором мы находимся, ослепляет. Как и ярость, кипящая внутри.

Сейчас я готов разорвать не только Луфуса, но и всех присутствующих здесь.

Это не простое место, несмотря на то, что сюда пускают всех желающих. Людей. Оборотней.

Дерущиеся могут оборачиваться во время драки. Вы же понимаете, какие это дает преимущества оборотню? У человека против него нет шансов. Но глупые наивные людишки, не подозревающие об опасности, надеющиеся на свое мастерство в боевых искусствах и крепкие мускулы, стекаются пачками, чтобы попытать счастья. Деньги ведь на кону немалые.

И главное, ты не знаешь никогда, кто выйдет против кого. Человек против человека – самое распространенное. Тут любят равные шансы. Так интереснее. Оборотень против человека – крайне редко. Потому что скучно. Предрешено.

А вот главная забава – оборотни, двое, друг против друга. Кроваво, долго. Чудовищное зрелище.

Как реагируют неподготовленные? Блюют. Орут от ужаса. Убегают.

Оборотням нравятся эмоции. Как, впрочем, и пресыщенным богачам, которые арендуют верхние ложи за бешеные деньги.

Если градус напряжения в толпе зашкаливает или в самом конце боя – обязательно пускают газ. Он стирает людям память о том, что они видели.

И только ночные кошмары могут им рассказать о том, свидетелями чего они явились однажды.

Но сейчас мне не до людей, не до незадачливого парня, который, будь он проклят, привез сюда Эрику. Я должен победить Луфуса.

Он никогда бы не посмел заставить меня драться силой. Но он давно мечтал увидеть меня на этом ринге. Где знает каждый угол. Как падает свет. Как звучит гонг, как орет толпа. Он может драться здесь в абсолютной темноте, с завязанными глазами…

У меня же из преимуществ лишь ярость, которая сейчас трансформируется в собранность и концентрацию. Это то, чему я учился очень долго, путешествуя по северу.