Там и Здесь. Тёмный правитель

Белый ёжик на голове его выделял из толпы больше, чем парню хотелось бы, а долговязость и стройность создавали эффект щуплости. Впрочем, Десмонд успел убедиться в том, что это лишь видимость, когда на спарринге по физподготовке оказался с ним в паре. Пару раз от остроухого он чуть не получил в челюсть, а это сложно, учитывая его трансмагирированную скорость. Так что несмотря на то, что парень зануда, наследник его уважал. Как и Десмонд, знакомиться эльф умел плохо и пытался довольно топорно оттачивать этот навык на наследнике.

– Десмонд, привет! А я тут как раз собирался на травоведение. Хочешь со мной? Мы сегодня будем проходить зелья из корней сингониума и юкки гиперборейской. Я читал, что эти зелья очень полезны для мозгов всех магических созданий. Например у эльфов они ускоряют процессы передачи нервных импульсов, от этого мы быстрее двигаемся. А вот у оборотней…

– Березель, Березель стой, стой, – прервал словесный поток эльфа Десмонд.

Березель многозначительно хмыкнул и сложил руки на груди, постучав носком сапога, и покосился в окно с таким видом, будто раскусил всех и во всем.

– Это из-за новоприбывшей? – поинтересовался он.

Десмонд к этому моменту уже дошел до кровати и даже разлегся на ней, закинув руки за голову. Слова Березеля его привели в замешательство.

– Не понял, – проговорил наследник и сурово покосился на соседа.

Тот то ли не понял, что рассердил верховного альпа, то ли сделал вид, что не понял.

– Ну, – протянул он и дернул кончиком левого уха, – ты слишком откровенно пялился на неё. Я все видел.

Слова эльфа Десмонду не понравились ещё больше, он проговорил:

– Во-первых, с чего вдруг ты за мной следишь? Во-вторых, о ком конкретно речь? А в-третьих, я ни на кого не пялился.

Судя по глуповатой улыбке эльфа, он совсем не понял, на какой тонкий лед ступил и, поскребывая подбородок ногтями, продолжил, как ни в чем небывало:

– Ну да, конечно.

В груди Десмонда заклокотало. Никто на Небулане не смел даже подумать о том, чтобы так разговаривать с ним. Но здесь… Здесь Земля. Здесь какое-то непонятное ему равенство, которое при этом земляне сами же и нарушают.