Варвара. Трость и плащ Асмодея

Ведьмы круга этим заниматься не станут, только будут причитать и охать, если все пойдет крахом. Значит, разбираться мне.

Но с чего начать?

Ангел предлагает искать поближе к родине демона.

То есть прям там?

В ад я не спускалась, только помыкалась в его Преддвериях. Но даже не думала, что придется ломиться прямо туда.

Причем, наощупь – Асмодей ведь провожать не станет.

Придется на метле.

Глава 5

Асмодей. Несколькими днями ранее.

Незнакомец развернул голову к барной стойке, свет ламп заиграл в глазах, как салют на Девятое мая.

– Послушай, – снова начал Костя, все еще пытаясь уйти от прямого конфликта, – из меня плохой собутыльник. Мне не до разговоров. Отстань по-хорошему. 

Чужак перевёл взгляд на Костю, за окном полыхнула молния, и щека незнакомца озарилась мертвенно-бледным светом.

– Какая досада, – сказал он, улыбаясь на одну сторону. – Мне казалось, тебе помощь нужна, как никогда прежде. Людям, которых сокращают из-за любовниц начальников, определенно нужна помощь. 

Осведомленность этого человека Костю напрягла, если не сказать напугала.

– Тебе чего надо? – выпалил он, сжав кулаки и мысленно готовясь объясняться с чужаком не только словами. – Ты кто? 

Незнакомец поднял указательный палец и произнес значительно: 

– Диалог.

– Слушай, – сказал Костя с нажимом и подался вперед. Все ужасно раздражало, особенно то, что драться он не умел, но, возможно придется, – мне надое… 

В этот момент подошла официантка, все такая же аккуратная и стройная, на стол опустилась бутылка воды с запотевшими стеклами, и стакан. На Костю не взглянула, зато к незнакомцу обернулась с такой улыбкой, словно только его и ждала.

– А вам как обычно? – спросила она счастливо и даже наклонилась, открывая вырез на рубашке. 

Костя покривился, а незнакомец беззастенчиво заглянул официантке в декольте.

– Да, милая. Неси, как обычно, но на двоих. Мой друг сегодня не в форме, нужно взбодрить.  

Сияя, как утреннее солнышко, девушка развернулась и резво побежала прямиком в кухню, покачивая бедрами. 

Костя раздражался все больше.