Королева Динариума. Последняя надежда Застерии

Ну кому нежен швейцар в здании, где даже кофе подают дроны? Причем платят ему почти как лаборанту. Но нет, уволили именно ее, Кристин Уильс, умную, подающую надежды лаборантку, готовую трудиться двадцать четыре часа в сутки.

Ситуация так огорошила, что даже не верилось. Казалось, сейчас бригадирша позвонит и извинится. Скажет, что произошла ошибка, и завтра Кристин может приходить, как обычно.

Но бригадирша не звонила. И с каждой минутой осознание реальности наступало все больше.

Один дрон-камера особо дотошно фотографировал ее. Кристин даже попробовала отмахнуться, как от назойливой мухи, но тот все равно зависал перед лицом, нисколько не стесняясь, что его прогоняют. Даже, когда села в автобус, продолжал фотографировать через стекло. Не смутило его и появление на стекле голографической рекламы.

– Чокнутые машины, – бросила Кристин, косясь через плечо на удаляющегося дрона.

Женщина с кукольным лицом, что значит, сделала столько подтяжек, что теперь не понять, что сколько ей лет, охотно закивала.

– Да не говорите. Даже в ванной подсматривают.

Сказала она это таким тоном, словно эти подсматривания ей очень нравятся, потому что так может демонстрировать свое прекрасно отрихтованное тело.

Женщина замолчала, словно ожидает комплимента, но Кристин сейчас не до бесед.

К счастью кафе, где работает Люси, всего в нескольких кварталах от теперь уже бывшей работы.

Кафе небольшое, но в центре, и посещаемость высокая. Народ приходит на бизнес-завтраки, обеды и ужины. Поэтому Люси, поджарая и подстриженная под чернявого мальчика, прямо сейчас носится между столиков с любезной улыбкой и разносит заказы.

Здесь, в отличие от большинства кафе, предпочитают личный контакт с посетителями, поэтому заказывают на экране стола, но блюда приносят не дроны, а люди.

Люси заметила Кристин и помахала, пожимая плечами, мол, погоди, ты рано, я еще занята. Кристин закивала, давая понять, что не торопится.

Выбрав место в углу, она села за столик под фикусом и уставилась в окно. Некоторое время глазела, мысленно досадуя на все, что сегодня приключилось. Но потом странное чувство заставило обернуться.