Я учусь в Бикелови! Академия магии

Ни под какие чары я не попадала, и вообще рыжий Джек меня больше раздражает, чем… чем, что бы ни придумала себе фея. Но уверенность, с которой она это заявила, ужасно возмутила.

– Слушай, ничего такого, что ты… – начала объясняться я, но в дверь в этот момент постучали.

Мы с Агавой переглянулись – кого могло принести сейчас в комнату, где пьют чай две новоявленные абитуриентки? Разве что Майбах что-то забыл.

Я поднялась.

– Я открою.

Под любопытный взгляд феи на носочках подошла к двери.

– Кто там?

В ответ тишина. Сразу ощутила себе героиней голливудских фильмов, которая после подозрительного стука в дверь открывает ее, а там, конечно же, маньяк, чудовище или еще какая-нибудь жуть. Но я не героиня, и, надеюсь, не глупая.

Агава прошептала обеспокоенно:

– Может это тот, кто украл красный агносис?

Идея критики не выдерживала, но почему-то в животе заворочалась легкая жуть, поэтому дверь не открыла и на всякий случай пригрозила:

– Учтите, нас двое, и мы очень опасны.

Позади раздался удивленный смешок Агавы, я покосилась на нее через плечо, вроде «ну а что ты хотела»? В конце концов, она умеет высекать искры из пальцев, сама говорила, они могут быть боевыми.

За дверью все то же молчание. На всякий случай, я взяла из подставки под вешалкой трость, непонятно для кого предназначенную, и приняла боевую стойку. Если кто-то вздумает вломиться – буду готова.

Снова постучали, что вызвало волну холодных мурашек по позвоночнику. Кто бы мог подумать, что попав в магическую академию, буду бояться каких-то психопатов.

Только перехватила трость поудобнее, как ручка двери щелкнула и пошла вниз, Агава охнула и бабочкой вспорхнула на подоконник, видимо от страха, а я метнулась за дверь – если к нам вломятся, будет эффект неожиданности. А мы тогда вдвоем как-нибудь справимся.

Дальше все происходило очень быстро, и сообразить, что к чему, я не успела.

– Ай!.. Какого бемоля!..

Адреналина в кровь выплеснулось так много, что за стуком сердца и шумом в ушах разобрала, кому принадлежит голос, не сразу. Только, когда вломившийся отнял ладони от затылка, которыми защищался, увидела огненную шевелюру.