Варвара. Наездница метлы

В ушах свист, полы платья трепыхаются, волосы под шляпой, которая словно приклеилась к голове, вытянулись и, кажется, заледенели в таком положении.

Диск быстро превратился в огромное озеро и продолжает расти. Я изо всех сил сжимаю губы, чтобы не вывернуло как у бульдога. Глаза мокрые, но слезы не успевают стекать – их срывает и размазывает по вискам.

Когда внизу стали различаться дома, дошло, что я со всей дури несусь к асфальту и через несколько секунд расшибусь в лепешку.

– Сто-ой! – завопила я.

Метла резко остановилась.

Черенок больно впился в нежное место и живот, даже подушка не спасла. Вдобавок, стукнулась подбородком.

Минут пять я просто лежала на метле и переводила дух. Крыши домов теряются в темноте, по дорогам ползут крошечные машинки с горящими фарами. Свет фонарей заливает улицы. Именно он делает город похожим на пылающий диск с высоты птичьего полета. Я вишу в воздухе на километровой высоте, полы платья треплет ветер, а мои зубы выстукивают частую дробь.

Наконец, попробовала шевельнуть пальцами.

От скоростного замораживания они белые и не хотят подчиняться. Волосы совсем потеряли форму и висят сосульками.

– А говорили, этот лак для укладки выдерживает любую погоду, – пробормотала я замерзшими губами. – Они просто на метлах не летали…

Когда сердце перестало тарабанить, как у испуганной мыши, я спустилась еще немного и полетела прямо над домами. Теперь расстояние до земли в пятьсот метров не кажется большим – истину, что все познается в сравнении, я прочувствовала нутром.

Метла движется совершенно бесшумно. Если у нее и есть моторчик, то неизвестный современной физике. По началу, я боялась, что кто-то заметит летящую в небе девку, но потом поняла – люди редко отрывают взгляд от земли. Все больше в телефонах даже на ходу. Если кто-то и посмотрит – на мне черная форма, благодаря которой сливаюсь с фоном.

Спустя полчаса бесцельного полета, пальцы оттаяли и снова стали слушаться. Я отлепила их от черенка и сунула подмышки, плюнув на давящее в причинное место древко.

Ладони закололо, как когда возвращаешься с мороза и подставляешь окоченевшую конечность под горячую воду. Чтобы держаться стопами за помело, пришлось прогнуться в спине. Наверное, со стороны напоминаю лебедя. Прекрасного черного лебедя.

– Метё-ёлочка, – ласково проговорила я. – Ты хорошая. Быстрая. Я только холод не люблю. А скорость люблю.

Метла будто поняла, качнулась и легонько закивала передним краем.

– Ты живая что ли? – не поверила я.