Солнце для речного демона

Бедра и плечи узкие, а талии и вовсе можно обхватить ладонями. Лица заостренные, глаза большие и светлые, волосы до самых пяток и ниспадают аккуратными волнами. У одной черные, как деготь, у другой – соломенные. Обе бледные, как свежевыбеленные стены и наряжены в светлые платья из тонкой ткани до пола.

На Эмили смотрят строго и даже с какой-то злостью.

Она попыталась заговорить, но получился лишь кашель. Белокурая покачала головой и проговорила резко:

– Берем её и потащили. И так уже воду за ней вытирать.

Мало ли, что из этих земны вывалился.

Едва она закончила, как Эмили ощутила на локтях крепкие и цепкие, словно когти пальцы. Не успела и пискнуть, как эти хрупкие девы сдернули её с места и поволокли по гладкому полу.

Никогда в жизни еще Эмили так не позорили. Даже к жертвенной реке она пришла сама, на своих ногах. А теперь её волокут, словно телушку на убой.

Праведное возмущение придало сил. Она задергалась и, наконец выдавила из себя:

– Кто вы? Где я?

Темноволосая покосилась на неё, не прекращая движения.

Глаза сверкнули голубым.

– Гляди, – сказала она подруге. – Разговаривает. Ишь ты. Прежние только сознание теряли и рыдали.

– Эта какая-то странная, – согласилась белокурая. – Волосы гляди какие. Цвет, будто рака сварили.

– Фу, где ты видела вареных раков? – поморщившись спросила темноволосая.

Девушка с соломенными волосами ответила с явной гордостью:

– Тебя еще не было, а меня хозяин брал в путь к кипящим озерам.

Вот там и видела. Раки если близко к ним подплывают – варятся заживо и становятся вот такого цвета.

Они обе оглянулись и посмотрели на Эмили так, словно это она виновата в том, что эти раки варятся. Но решимость понять, где находится и почему ее волокут в неизвестном направлении Эмили не покинула. Если ее собираются судить боги, она имеет право хотя бы знать где и почему.

– Вы боги? – снова собравшись с силами спросила она.

Девы переглянулись, а через мгновение голубой коридор, по которому тащили Эмили заполнился мелодичным смехом.

Он походил на звон десятков колокольчиков, и Эмили невольно подумала, что боги с таким смехом непременно должны быть добрыми. И вдвойне не понятно, почему они так недовольно смотрят на нее.

– До богов нам, как на старом окуне до неба, – с кривой усмешкой отозвалась белокурая.

– Тогда кто? – недоверчиво спросила Эмили и попыталась подняться, но ноги все еще не держали.