Попаданка для лорда-ректора

– Я что-то не то сделала? Сказала что-то не то? – не унималась Лина. Да что ж она никак не замолчит, он и так едва держится. Никогда такого не было. – Вы простите, что вот так… прижалась к… вам. Я не хотела, честно. Просто до ужаса боюсь высоты.

– Лина… – произнес Гадар, сквозь зубы и стараясь, чтобы она не видела, а то еще решит, что и правда виновата в чем-то. Ему и так не просто. Начнет еще больше болтать. Хотя виновата она только в том, что слишком соблазнительна в своей наивности, доверии и, при этом, порочности.

Он усиленно сглотнул и отвернулся на ходу, делая вид, что занят осмотром коридоров и залов, через которые они как-то уж слишком стремительно бегут. Студенты даже шарахаются. Вон, кудрявоволосая фея выпучила свои фиолетовые глаза, а они у нее и так большие, куда ж еще.

Девушки посылают ему полные обожания и скрытого желания взгляды – конечно, тут почти каждая мечтает охмурить ректора, темного мага, который прославился на всю Диамант де Грин, чуть ли не как аскет в плане женщин.

Лина продолжала обеспокоенно щебетать:

– Ну и еще у меня бывают панические атаки. Но ваши друзья сказали…

– Элементали.

– Что? – не поняла девушка.

– Элементали, – повторил Гадар, радуясь, что хоть немного отвлекается от мыслей о сочной груди Лины, о том, как, наверное, жарко у нее между ног. – Они мне не друзья. Они элементали природы.

Она растеряно протянула:

– А… э… понятно.

– Отвечают за проявления света и тьмы в магах, – добавил Гадар, хотя сам не понял, зачем сообщил ей эту деталь. Ему вообще сейчас непросто с ней разговаривать.

Он вновь ускорился, чтобы не видеть, как она своими изумленными глазками заглядывает ему в лицо. Да что она, издевается что ли? Хотя откуда ей знать, что она сейчас для него, как красная тряпка для быка. Ничего, он соберется, сейчас соберется и обуздает себя.

– Лорд ректор! – донесся радостный щебет откуда-то слева.

Он нехотя замедлился, но двигаться не перестал. Лина, эта чертовка Лина в мокром купальнике (он когда-нибудь вообще высохнет?) выскочила в перед, он опять скользнул взглядом по ее груди.

В голове зашептали сотни приглушенных голосов:

«Она должна быть твоей. Возьми ее. Ты же хочешь. Поддайся тьме, тьма сладка и глубока.»

Ни за что.