Отбор для короля-дракона

В голове гудело от бессвязных мыслей, но Рина смогла спросить:

– Это еще кто?

– Его преподобие, клирик алирский, – пояснил мужчина, но видя, что на Рину это не произвело впечатления, добавил: – Мудрейший служитель старых богов ночи. Хранитель традиций и неизменности. Все клирики Ковена Алиры чтят эти добродетели. Но его преподобие особенно усердный. В общем, он проверит вашу годность к отбору. Хотя если мы вытащили вас из того мира, смысла в этом не вижу смысла. Но традиции, сами понимаете.

Он развел руками, а затем толкнул дверь, перед которой они оказались.

– Прошу, – сказал господин (он же наверняка господин) Отокар и пригласил войти.

Рина нерешительно ступила в полумрак комнаты. Глаза не сразу привыкли, но через несколько секунду стала различать тяжелые шторы на окнах, массивные диваны, небольшой дубовый стол, рядом кресло, в котором откинулся на спинку мужчина.

Судя по всему, в этом королевстве Дорнос сплошные пожилые потому, что этот тоже не пышет свежестью – седой, коротко остриженный, фиолетовая мантия спускается до самого пола и лежит волнами.

Он поднял его на Рину, и по коже пробежал неприятный озноб. Она и так еще не согрелась после ночного купания, а тут еще этот клирик алирский.

Несколько секунд продолжалось их безмолвное противостояние. Рина нервничала буквально от всего. Почему она? Сможет ли вернуться? Чего от нее хотят эти люди?

Вопросы роились в голове, и с каждой минутой их становилось все больше.

Клирик еще немного помолчал, затем произнес размеренно:

– Здравствуй дитя. Как вижу, вы прибыли благополучно.

– Это как посмотреть, – вырвалось нервное у Рины. Может она и напугана происходящим, но если уж вышло, что она здесь, нужно сразу показывать, что она не какая-нибудь мямля. Ситуации в реке достаточно.

Клирик алирский хмыкнул.

– Вы озябли? – спросил он и, не дожидаясь ответа, взмахнул ладонью.

В очаге тот час вспыхнуло пламя, только ярко-синего цвета, словно горит газ на плите.

– Вы что… – пробормотала она, пытаясь не запнуться на главном слове, – …маг?

Мужчина надменно вскинул подбородок и произнес так важно, что аж воздух потяжелел:

– Я клирик Ковена Алиры, богини ночи и неизменности. Жрец синего огня и смиренный хранитель традиций Дорноса.