Колдовской снег

Поправив кофту и подтянув джинсы, я прошла в кухню и скромно встала возле дверного косяка.

Кухня оказалась большой и антуражной. Стены выложены камнем, с потолка свисают пучки трав, чеснока, яблок и других сушек. Слева полыхает огромных размеров очаг, в котором, ни много ни мало, висит котел на треноге. Рядом кресло качалка с пледом, прямо как в сказках. Слева деревянный стол, вокруг три табуретки, причем все разные. Впереди под широким окном во все это великолепие встроена современная кухня с индукционной плитой, мойкой и духовкой.

Видимо девушка, именующая себя ягой, заметила мой взгляд.

– Думаешь, я тут только лягух в принцев превращаю? – спросила она.

Я растерянно покачала головой.

– Да я не…

– Ладно, не бойся, – сказала она отмахиваясь и подошла к котлу. – Проходи, садись, сейчас чай будет.

Я робко пересекла комнату и опустилась на краешек стула. Выросшая на сказках и кино, дом яги, если это действительно она, представляла по-другому. Маленькая избушка, куриные ноги, частокол, на котором синим сияют глазницы черепушек.

Девушка тем временем достала откуда-то внушительный черпак и помешала им в котле. Послышалось бульканье, девушка сосредоточенно заглянула внутрь, что-то пробормотала. С поверхности взвился дымок и рассыпался зеленоватым облачком. На губах яги появилась удовлетворенная улыбка.

– Так-то лучше, – проговорила она. – А то говорят, не работает, не работает… Они просто не умеют этим ямайским перцем пользоваться.

Затем обернулась ко мне. В этот же момент кресло скрипнуло и закачалось, словно в нем кто-то сидит. От неожиданности я вздрогнула, даже думать себе не позволяя, отчего оно пришло в движение, а девушка произнесла строго:

– Герман, прекратить пугать клиента. Иначе отправишься на чердак цепями греметь.

Кресло качаться моментально перестало, плед свалился на пол.

– Вот только не надо сцен, – проговорила девушка и, подойдя к креслу, вернула плед на место.

Под моим в конец ошалевшим взглядом она прошла к чайнику и налила кипяток в большую чашку. Затем поковырялась в шкафу и, достав оттуда банку, сыпанула щепотку травы в воду.

– Подожди немного, – наказала она, поставив чашку передо мной. – Кипяток не пей. Это Лукерья любит, чтоб пузырилось.